Сообщений в теме: 3364

[Nastin]

хорошо хоть, что можно до 11ти а то мне одна девушка с Солнечного, сказала, что мол только мне по любви можно, а так мне не полагается...

Ну раз это любовь,то я пас. Приводи девушку.Мешать не будем.

[Nastin]

Не видно не слышно

[kms7390]

Не видно не слышно

Вот теперь,видно?


НЕМНОГО О РЫБАЛКЕ,ОХОТЕ И СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ


Колян собрался на рыбалку без кума и жены. Уже отъезжая от гаража, шальная мысль мелькнула в голове Коляна. Новая ижевская двустволка, купленная на премию от рацухи еще не произвела ни одного выстрела. Взять зачехленное ружье, коробку патронов, охотничий билет и разрешение заняло немного времени.

Добрался Колян до места рыбалки к вечеру. Поставил машину на берегу и развел костер. Начало осени было теплое, и Колян принял решение ночевать в машине Наскоро поужинав, Колян разложил сиденье и завалился спать. Усталость последних дней, свежий воздух, бутылка вина и предвкушение клева, быстро дали о себе знать, и рыбак заснул крепким и здоровым сном.

На рассвете Колян умылся, быстро разобрал и настроил снасти и приготовился к лову, отложив завтрак на пару часов. Бутерброды, завернутые в газету, лежали на заднем сиденье. Рыба бродила поверху, но клева не было. Колян решил попробовать совместить рыбалку с охотой. Собрать и зарядить ружье заняло ровно минуту. Колян уже не следил за поплавками, он ждал появления на поверхности крупной рыбины, готовый выстрелить немедленно.

Когда напряжение достигло пика, до Коляна донесся подозрительный звук со стороны машины. Медленно повернув голову, Колян застыл в недоумении и возмущении. Здоровенный бычок, всунув голову в открытую левую заднюю дверь машины, задумчиво жевал бутерброды. Тут рыбак понял, что остался без завтрака. Но не это возмутило Коляна! Бычок съел все бутерброды, газету, и принялся жевать рубашку, в которой лежали документы и деньги! Колян нагнулся, положил ружье, взял камень, размером в добрый кирпич, и замахнулся, стремясь попасть рогатой скотине в зад. Но в момент броска ноги поехали по скользкой прибрежной траве, кирпич изменил траекторию и попал точно в зеркало заднего вида со стороны водителя! Звон стекла и мат Коляна не произвел на бычканикакого впечатления, кроме того, что жевать он стал энергичней. Злость Коляна перешла в стадию неуправляемого цунами. Ружье в руке оказалось мгновенно! Единственное что Колян никогда не смог бы сделать, это произвести прицельный выстрел в беззащитное животное. Но оскорбленная натура Коляна требовала сатисфакции, и дуплет прозвучал… в воздух, поверх бычьей головы.

Сотни птиц, испуганные двойным выстрелом, взлетели со своих гнезд и подняли необычайный гомон. Но взлетели не только птицы. Бычок от испуга почему-то рванулся в салон, по диагонали машины по разложенным сиденьям с задней левой двери к переднему пассажирскому месту, где безнадежно застрял. Не так сам бычок, как его рога. Точно над сиденьем пассажира рога пробили крышу и аккуратно торчали над машиной, как новомодная спутниковая антенна. Крыша изменила форму, стала напоминать шатер, а лобовое стекло аккуратно лежало на капоте. Колян сквозь зубы шепотом матерился, на цыпочках приближаясь к машине. Приклад со свистом разрезал воздух и над уже затихшей речкой, эхом пронесся шлепок по филейной части незадачливого зверя. Но сделал это Колян напрасно. Удар был сильный, а главное — действенный. Бычок замычал и весь, вместе с задними ногами, оказался в машине. Его зад сместился еще глубже, не изменилось только положение головы, намертво зафиксированной рогами в крыше москвича. В довершении всего, бычок начал исправлять малую нужду прямо на рубашку с документами. Вы представляете объем мочевого пузыря быка? Колян в ступоре наблюдал, как его машина, на манер ванной наполнялась вонючей жидкостью. От злости и бессилия Колян взвыл. Не будем вдаваться в подробности, какими сочными эпитетами Колян награждал зверя, пока на протяжении трех часов безнадежно пытался извлечь его из салона машины, добавлю, что ни в одном словаре мира, Вы никогда не найдете ни таких выражений, ни даже приблизительного перевода.

Когда солнце поднялось высоко, Колян понял, что самому ему, никогда не справиться с этим неуклюжим и огромным животным, намертво застрявшем в салоне москвича. Наскоро собрав снасти, лобовое стекло и ружье, Колян стал моститься на водительское сиденье, рядом со скотиной. Когда двигатель завелся, у бычка от испуга и пережитых волнений случилась диарея. Синхронно с ревом мотора, раздался оглушительный треск, и жидкая струя ударила в заднее и боковое стекло машины. Колян внимательно посмотрел в глаза зверю и смиренно прошептал что-то наподобие молитвы. Несмотря на отсутствие лобового стекла, вонь в салоне стояла невыносимая. Левое копыто передней ноги сделало невозможным нормальное переключение передач. С трудом воткнув вторую, Колян начал движение.



Первые пять километров по проселочной дороге прошли почти без приключений.

Очень мешал встречный ветер с мошкой и пылью. Тут на помощь пришли солнцезащитные очки,

подаренные тещей. Правда, когда Колян доставал их из бардачка, под бычьей мордой, одно стекло из очков вылетело и упало в лужу на коврике. Колян надел очки с одним стеклом и так, прищурившись на один глаз, выехал на трассу. Весьма экзотический вид предстал перед дальнобойщиками и автотуристами на трассе Москва — Ростов.

Медленным ходом автомобиль, отдаленно напоминающий Москвич-412, с рогатым шатром вместо крыши, с коровой на месте пассажира, засранными стеклами и одноглазым водителем, осторожно двигался в сторону города.

Встречные автомобили задолго сбрасывали ход, останавливались, а некоторые просто съезжали в кювет. Полностью лишенный заднего обзора, Колян даже не догадывался, какие последствия для окружающих имела его поездка. Такого внимания Колян не ощущал никогда в жизни. Ни один водитель не мог удержать машину на трассе, после увиденного.

Пост ГАИ Колян проехал без задержки. Полоумный взгляд сержанта проводил москвича, после чего гаишник достал табельное оружие из кобуры, почесал в паху и зачем-то переложил пистолет в карман брюк.

[Nastin]

Нельзя быть красивой такой!
часть 1.

Василиса жила по соседству с колдуньей старушкой.
Красота Василисы карге не давала покоя!
И решила она превратить Василису в лягушку,
Потому что нельзя быть на свете красивой такою!

Не ждала Василиса дурного в судьбе поворота.
Бабка ночью над ней заклинанья шепнула слова
И на утро проснулась она посерёдке болота.
На себя в воду глянула – «Мать твою! Что за…ква-ква?!»

Постоянный сквозняк, комарами набитое пузо –
Жизнь болотная «красную девицу» сделала злою.
Как-то раз еле лапки она унесла от француза,
А потом чей-то сын чуть совсем не угробил стрелою.

Этот сын как узрел, что упала стрела на лягушку,
Сел на пень и немедля достал из-за пазухи фляжку.
Взбил волосья дрожащей рукой на кудрявой макушке
И в себя опрокинул поллитра отменнейшей бражки,

А потом (не ждала Василиса и тут поворота)
Отловил он её, завернул в белоснежный платочек,
Посадил в свой карман и страдая хмельною икотой,
Прочь отправился он от унылых болотистых кочек.

Пока тело нетвёрдо шагало на автопилоте,
Вася времени даром в кармане большом не теряла,
А, усевшись удобненько на сторублевой банкноте,
Документы спасителя тихо она проверяла.

Тело (как оказалось, царевича!) что-то невнятно,
Но упорно бубнило дорогой про горькое лихо…
Старший брат, мол, стрелою прошил зад боярышне статной.
Средний стрельнул –
Пришпилил кокошником к стенке купчиху.

«Все как люди! И каждый сумел подстрелить себе бабу.
Нынче женятся (после такого нельзя не жениться!)
Я ж, дурак горемычный, в невестки несу бате жабу.
Нате, батя, аквариум – чаще меняйте водицу!»

Вася, слушая царский бубнёж только диву давалась,
Это ж надо додуматься бить по невестам из лука?!
Но на этом, увы, размышление Васи прервалось,
Потому что царевич в карман запустил свою руку…

Вылезай, мол, приехали! Ссажена с царской ладошки,
Вася царские стала разглядывать апартаменты.
Но недолго – у царской, дремавшей поблизости, кошки,
Головой прямо в пасти она оказалась моментом…

От царевича хищница тут же урок получила,
Да такой, что потом сырым мясом с неделю давилась
И открученный хвост тоже где-то с неделю чинила.
Василиса же в царского сына мгновенно влюбилась!

Ввечеру царский сын снова с горя схватился за бражку,
Но, представьте себе, не успел тяпнуть даже чекушку,
Как кондратий едва не хватил с перепугу бедняжку –
С человеческой речью к нему обратилась лягушка!

«Спать ложись, милый Ваня!» – лягушка ему заявила.
Не кручинься, мол, утро – оно завсегда мудренее!
И на ужин себе комаров языком (!) наловила…
«Перебрал, видно, я… и мерещится, блин, ахинея…» –

Так подумал Иван, головою ложась на подушку.
«Только белой горячки мне бедному недоставало…»
Лишь уснул, как к нему (скок-поскок) подскочила лягушка
И в хмельные уста Ваню милого поцеловала…

Ночью Ване, естественно, снились одни только жабы –
Разноцветные (разной, видать, лягушачьей породы)
Хором песни народные пели они, словно бабы…
В сарафанах вкруг Вани водили они хороводы…

Заметался Иван, застонал и скорее проснулся.
Захотелось сердешному выпить… студёной водицы.
Ковш хотел он нащупать впотьмах, но рукою уткнулся
В грудь высокую рядышком с ним почивавшей девицы!

Вот тогда то и стало Ванюше действительно страшно!
Василису за грудь вновь пощупав дрожащей рукою,
Чиркнув спичкой, зажёг он огарок от свечки вчерашней
И подумал – Нельзя быть на свете красивой такою…

Скоро… Скоро конец… (чую смутно – читатели рады!)
Царь собрал сыновей, те невест привели на пирушку –
Старший сын вёл боярскую дочь
(ту, с простреленным задом),
Средний сын вёл купчиху (картавую, всю в конопушках)

А потом… (иль замешкавшись, иль выжидая момента)
Василису ввёл Ваня, страдая похмельной башкою…

Царь, её увидав, не придумал умней комплимента –
«Дорогая невестка,
нельзя быть красивой такою!»

[Nastin]

часть 2.

Как жила Василиса с Царевичем? Так – дай вам Боже!
После свадьбы ни разу не ссорились даже оне.
Каждой ночью Царевич покой Василисы «тревожил» –
Он не чаял души в нереально красивой жене.

И жила б Василиса – Ванюшу любила, кормила,
(Кушать Ваня любил, особливо в сметане лещей)
Но злодейка-судьба Василисе опять подкузьмила –
Ненароком портрет её старый увидел Кощей

Основною чертою которого было коварство,
А соратником в тёмных делишках матёрый Дракон,
Стерегущий ворота в кощеево страшное царство
И таскающий девок красивых Кощею в полон.

Отдаю девкам должное, девки порой не сдавались,
Тренированы с детства конём и горящей избой,
Похищения план на корню загубить порывались –
Кто с граблями, кто с вилами шли на Дракона гурьбой.

Так и Вася, когда к ней своим огнедышащим соплом
Впёрся змей и когтистые лапы вдруг начал тянуть,
Опускаться не стала до обмороков или воплей,
А решила всё сопло ему кочергою погнуть…

И погнула бы, но… змей научен был опытом прежним.
Не с пустыми тянулся он лапами к Васиным формам.
Избежав кочерги, Василису практически нежно
Усыпил он путём приложенья платка с хлороформом…

И, готовый снести Василису в кощеево царство,
Нацарапал когтём для родни безутешной записку,
Что искать Василису напрасное, право, мытарство,
Что навек, мол, красавица ваша сменила прописку…

И умчался, ревя злей, чем ТУ сто полсотни четыре…
Тут Иван возвертался домой, глядь – окно нараспашку…
Тишина… Пустота… Не хватает чего-то в квартире?
Не хватает жены (!!!) Прочитал он драконью бумажку…

Два катрена, читатель, урезала злая цензура –
Слишком крепким словцом
приложил наш Ванюша дракона,
А потом обрядился в кольчугу и, двести грамм хмуро
Опрокинув, собрался жену вызволять из полона.

К каждой деве пленённой
Кощей обращался с вопросом –
Мол, согласна ль, красавица, стать мне женою законной?
Но не каждая дева в ответ запускала подносом
И сбивала с Кощея его золотую корону,

И не каждая дева, едва отменили ей карцер,
И Кощей к ней в темницу явился всё с тем же вопросом,
Сосчитать порывалась торчащие рёбра у старца
И кулак познакомить свой с длинным кощеевым носом…

Первый раз царь Кощей пожалел,
что бессмертным родился!
С той поры, как к нему поступила в полон Василиса,
Как «об стенку горох» он с красавицей этою бился,
Но в вопросе женитьбы достичь не сумел компромисса.

Мало этого, девы, что сроки в темнице мотали,
На примере, на Васином, вмиг на борьбу вдохновились,
Василису избрали вождём и немедля восстали –
Дверь темницы снесли и в хоромы к Кощею вломились…

Чтобы снять накопившийся стресс,
царь Кощей чах над златом…
(Только злато его от насущных проблем отвлекало.
Злату мог он поведать – «как трудно живётся богатым».
Как сочувственно злато звенело в ответ и сверкало!)

«Щас узнаешь, скелет, как ужасен и как беспощаден
Русский бунт, а тем более, если он (бунт этот) бабий!
Окружай его, бабоньки, ишь, как до злата то жаден!
Щас мы экспроприируем всё, что ты, сволочь, награбил…»

Во второй раз Кощей пожалел,
что бессмертным родился,
Что с ним сделали девки, пером описать невозможно.
Но теперь, если б, после восстанья, он всё же женился,
То кащеев других завести ему было бы сложно…

А Иван, между тем, приближался к Кощея воротам,
Там его заприметил дракон – «Ну, здорово, спаситель!
Как со мной, с авиацией, биться ты будешь, пяхота?»
Посмотрел наш Иван на дракона и… огнетушитель

Запустил прямо в морду нахальному лютому змею…
А потом, то с ним сделал Иван,
что опять – «невозможно».
Всё же спасся дракон, но такие увечья имея,
Сделать так, чтобы были драконы ещё, будет сложно…

Слава Богу! Осталась, ну максимум – пара катренов.
Дальше я Вас, читатель, задерживать вряд ли посмею.
Змей с Кощеем побиты, в руинах кощеевы стены…
Вася милому Ванечке бросилась сразу на шею…

«Похудела-то как! Красота ты моя ненаглядна» –
Сокрушался Иван, гладя Васю по стану рукою,
«Ну да ладно! Откормим опять, как вернёмся обратно.
Всё равно –
Ну нельзя быть на свете красивой такою!»

[C_C_C_P]

оставлю хозяйке)

[Nastin]

Спасибо за цветы.Очень приятно.

[Nastin]

Жил старик со своею старухой
В аварийном жилище у моря.
Дед рыбачил (всё время под мухой),
Бабка тоже пила крепко с горя.
А ещё, удручённая бытом,
Крепко выпимши, бабка любила
Деда бить! Особливо корытом.
Всё корыто об деда разбила.
Дед, как подрассосутся ушибы
И фингал пожелтеет на глазе,
Отправлялся ловить злую рыбу.
Чтобы сухо ей было – заразе!
Как могла издевалась (скотина!)
Абсолютно ничем не рискуя,
В невод деду то склизкую тину,
То траву напихает морскую.
Бедный дед матерился, плевался,
И в сердцах на груди рвал тельняшку,
Но в борьбе с рыбой злой не сдавался.
Чтоб ей в хвост динамитную шашку!
Шашка, кстати, отличное средство
Учинять над селёдками зверство.
Если б не РыбНадзор по соседству,
Если бы… не статья – Браконьерство…
Отгоняя, с тоской, мысли эти,
Бессердечным селёдкам назло,
Дед по новой закидывал сети
И однажды ему повезло!
Лик Дедули скривила улыбка –
«Кто там бьётся, ртом воздух хватая?
Неужели! Не может быть! РЫБКА!
Не простая притом – «золотая!»
Только рыбка с печалью во взоре,
С золотой чешуей на боку,
– «Отпусти ты меня, Старче, в море!»–
Нежно молвила вдруг старику.
– «Тридцать лет, как я в море рыбачу»–
Испугался старик, удивился –
«А вот рыб говорящих не бачил.
Неужель, до горячки допился?»
– «Не кидай ты меня лютой кошке
(Кошка с дедом рыбачила в лодке)
Отпусти-и-и…» – умоляла рыбёшка –
«Дорогой за себя дам я откуп...»
Дед в догадке своей утвердился,
Затряслись стариковские руки.
Дед на кошку свою покосился –
«Дорыбачились, мол, вот и глюки!»
Мурка, к радости деда, смолчала.
А вот рыба – опять за своё!
Отпустил! И… погрёб до причала,
Не потребовав откуп с неё.

ома встретила деда старуха,
Сразу выдала порцию «ласки»,
Засветив кулаком деду в ухо.
– «Каб не ты, мы б зажили, как в сказке!» –
– «В смысле?... э…» – Дед не понял намёка.
– «Мне сдала тебя, хрыч, наша Мурка!» –
Об лоб деда старуха жестоко
Загасила огрызок окурка…

Дед у берега сутки маячил –
Рыбку кликал, ревел, как белуга,
Всполошил весь посёлок рыбачий…
– «Ишь ты, как разошёлся, пьянчуга!» –
Удивлялась на дне моря рыбка,
Но на рёв откликаться не стала,
Потому что хитра была шибко.

[Nastin]

Такие не плачут. Такие не просят.
Таких ненавидят. Таких превозносят.
Такие боль прячут глубже под кожу,
Ее не увидишь.

Такие уходят всегда по английски.
Таких не удержишь когда они близко.
Такие свободны. Они одиноки.
Их раны глубоки.

Но ты не увидишь, их сердце закрыто.
Никто не забыт и ничто не забыто.
Леча свои раны стаканами виски,
Они забывают обиды и близких.

Их крылья поломаны. Жизнь опустела.
Осколки мечты впиваются в тело.
Поглубже педаль и ветер по венам.
Они не вернутся. Им нету замены.

Сообщение отредактировал Nastin: 12 February 2011 - 14:52

[Nastin]

Сбегать за подснежниками

Королевством правила инфанта,
Где-то мне ровесница, наверно.
Никаких в ней не было талантов,
Налицо один характер скверный.

От капризов не было спасенья
Свите и несчастному народу.
Захотелось ей цветов весенних
Прямо к Наступающему Году!

В нашем королевстве адекватность,
Как не бейся, в людях не сыскать.
Вам и мне понятна вероятность –
В декабре подснежник отыскать.

Осознала это в полной мере
Ближе к ночи, на мороз трескучий
Гонит меня мачеха за двери…
Мачеха моя – тяжёлый случай!

Что мне делать? Нацепила лыжи
И пошла, куда глаза глядели…
За цветами в лес, что был поближе,
Помня – Новый Год через неделю.

Шла, горюя, знать не без причины…
Но было, чем сиротке «согреваться»!
Вдруг полянка, а на ней мужчины…
Боже милосердный! Их – двенадцать!

Что им делать тут ночной порою?
Может банда страшная иль шайка?!
Категорий возрастных по трое,
Все в каких-то расписных фуфайках,

Собрались в кружок вокруг мангала…
Хрустнула, с испугу, громко веткой.
Никогда я так не попадала!
Нет, моё призванье не разведка.

Старый дед, у них главарь, должно быть,
Шевельнул кустистыми бровями
И сказал – «Кто бьётся там в ознобе?
Девочка, иди, погрейся с нами!»

В общем подогрели-обобрали,
То есть, подобрали-обогрели,
Расспросили о моей печали
И не вешать носик мне велели.

Я с открытым ртом дивилась чуду!
Описать сие могу лишь в прозе.
Никогда я больше пить не буду!
Даже в чаще леса на морозе…

Возвратилась утром. И с цветами.
Мачеху сей факт, расстроил очень,
Побледнела бедная (местами),
В неотложку, и в больницу срочно.

Я же, времени не тратя даром,
Стала действовать оперативно –
Массу дефицитного товара
По цене загнав спекулятивной,
Получила куш вполне приличный.

Зажила в достатке и свободно,
Вспоминая случай нетипичный,

В том лесу ночном предновогоднем.

[Nastin]

Хм.... с днем влюбленных.Все,кто любит будьте счастливы и дорожите эти чувством.Не бросайтесь любовью.Цените её.

[Solweig]

Приветик!С днем Святого Валентина!

[C_C_C_P]

с днём всех влюбленных)

[patriot_eshkin_kot]

Я ржал, аки демон припадочный

[Nastin]

Я ржал, аки демон припадочный

Рада,что тебя так развесилили сказки

[Nastin]

[Nastin]

«Страшное Воспоминанье»

Это история,которую одна храбрая девушка поведала своим подругам…

Помер в замке Людоед,
Чьей-то тёщей отравился.
И у нас, за много лет,
Шанс по жизни появился.

Отомкнули сундуки,
Как на праздник нарядились.
И здоровью вопреки
Дня четыре веселились.

Но, подруженьки, намедни,
Слух прошёл, что в замке нашем
Появился сын – наследник,
Посуровее папаши.

Молодой окончил Гарвард,
Есть диплом искусствоведа.
Хоть, в натуре, сущий варвар,
Но с задатками эстета.

Тут пару слов про наш обычай –
Коль из замка шлют посланье,
Юных девушек приличных
К ним уносят на закланье.

Я была в той «группе риска» –
Чуть за двадцать и прилична.
Старосте пришла записка –
«Вспомнить, мол, пора обычай!»

Вечерком ненастным, тёмным
Постучались в дверь соседи,
Повязали хладнокровно,
Мне шепча о Людоеде.

Кинули на амбразуру!
Произвол был безнаказан…
Я б поспорила с цензурой,
Жаль был рот шарфом завязан!

Про характер мой, простите,
Я не премину здесь вставить –
То, что не предотвратить мне,
Завсегда стремлюсь возглавить.

В общем, так. К моменту встречи
С тем эстетом-каннибалом,
Действий план был мной намечен,
Чтобы жертвой я не стала.

Кровопивец, между прочим,
Оказался симпатичный.
Мрачный, и такой порочный –
Сладкий сон девиц приличных.

Улыбнулся плотоядно
И пощекотал кинжалом,
Добиваясь, вероятно,
Чтоб от страха я дрожала.

Только я, совсем некстати,
Даже глазом не моргнула
И сказав – «Привет, приятель!»
Людоеду подмигнула.

На меня злодей воззрился
И пробормотав – «Однако!»
Ножичек поторопился
Запихнуть за лацкан фрака.

Тем, что к участи кошмарной
Отнеслась довольно смело,
Интерес некулинарный
Пробудить я в нём сумела.

Захотелось людоеду
Изучить «меню» подробно.
Отложил он час обеда,
Посмотрел уже беззлобно…

Дальше, можете не верить,
Я решила в живоглоте
Чувство юмора проверить
На хорошем анекдоте.

В этом деле, между прочим,
Я призёр чемпионата.
Людоед, от смеха корчась,
Умолял меня – «Не надо!»

Я ещё одним прикольным
Анекдотом поделилась.
Оказался он «контрольным» –
Стенка в замке обвалилась.

Людоед уже не помнил,
Что обедать собирался.
Он от смеха чуть не помер –
«Никогда так не смеялся!»

После в карты мы играли,
Пили разные коктейли,
Танго вроде танцевали
И романс какой-то пели.

Повторив сие, (три раза!)
Оба страшно уморились.
И на сон грядущий вмазав,
Спать в обнимку завалились.

Утром – страшное похмелье –
«Тут я помню, тут не помню…»
Как последствие веселья –
Стенки нет – фасад разгромлен.

Людоеда было жалко!
В гроб кладут, наверно, краше.
Выпил тихо минералки.
О еде не вспомнил даже.

Лечит он теперь печёнку
И не просит жертв в закланье.

Вот такое вот, девчонки,
Страшное воспоминанье...