катюха!а почему ж ты нам ничего не говоришь?не верим во всю эту муть,но хочется услышать хоть что-то от тебя.мне кажется мы заслужили своей любовью к тебе нормального диалога с нами.мы тебе верим и любим!
Екатерина Юрьева: «Не могу найти ответа, почему все так произошло»Чемпионка мира-2008 Екатерина Юрьева вспомнила, какие именно препараты принимала в декабре перед злополучным текстом WADA и как отреагировала на письмо IBU.
О препаратах: «Не нужно меня жалеть. Хотя, действительно, все это невероятно тяжело. Не могу найти ответа, почему все произошло. В декабре все было, как обычно. Тренировки, тренировки, тренировки... Я не болела в эти дни, не принимала никаких незнакомых препаратов. Когда постоянно живешь в жестком тренировочном режиме, запоминается любая необычная мелочь, независимо от того, связана она с тренировками или нет. А тут такого не было. Ничего подозрительного. Понимаете, все было до такой степени как всегда, что я вообще не могу как-то выделить какой-либо из дней.
Делали ли мне какие-то уколы в этот период? Естественно. Но, опять же, это был стандартный набор: витамин «B», фолиевая кислота и железо. У меня организм неважно железо из пищи усваивает, поэтому приходится принимать его дополнительно. Все перечисленные препараты вводятся через инъекции.
Уколы делал врач команды. С ним я работаю не первый год».
О том, когда и как узнала о том, что проба «А» дала положительный результат: «Накануне вылета в Корею мне позвонили из Союза биатлонистов России. Это было совсем поздно вечером.
Если честно, я вообще не восприняла всерьез тот звонок. Была уверена, что все это – полная чушь. Ошибка. Что такого не может быть в принципе и нужно только дождаться вскрытия пробы «B», чтобы все встало на свои места. По телефону мне тогда сказали, чтобы я проверила свою электронную почту, поскольку именно туда должно прийти извещение из Международного союза биатлонистов. Но мне даже в голову не пришло ради этого включать компьютер. Почту я проверила лишь на следующий день, когда мы прилетели во Франкфурт и ждали чартера в Пхенчхан.
Письмо было отправлено и подписано генеральным секретарем Николь Реш. В приложенном документе стояла моя фамилия и название препарата. Вот тут мне, действительно, стало немного не по себе. Помню, смотрела на экран и вообще не понимала, что происходит. Думала о том, что нужно, наверное, немедленно что-то делать, но совершенно не представляла, что именно».
О том, занала ли, что такие же письма получили еще два человека в сборной: «Нет. Поэтому мне даже в голову не пришло у кого-то что-то спрашивать, с кем-то делиться. Позвонила только своему другу. Это – один из двух людей в моей жизни, с кем я могу обсуждать любые, даже самые ужасные проблемы и быть уверенной, что все наши разговоры останутся между нами. Когда мы пошли на посадку в самолет, уже немножко успокоилась. Подумала, что в любом случае выход у меня один – дождаться пробы «B». И все встанет на свои места».
Об объяснении врачей: «Когда информация появилась в прессе, я уже была по-настоящему ошарашена. Все это было так ужасно... Особенно, когда стали появляться многочисленные интервью, в которых говорилось о том, что имена спортсменов всем известны, но называть их пока не станут. Больше всего огорчало то, что информация, которая должна была оставаться конфиденциальной до результатов вскрытия пробы «B», стала общедоступной: ничего ведь еще не доказано. Хотя... Дело, наверное, не только в российских СМИ. В том же Пхенчхане об случившемся говорили все, кому не лень.
Врачи постоянно обсуждали эту тему между собой. Они, как мне показалось, были в таком же шоке, как и мы. Ничего конкретного я от них так и не услышала. Кроме того что «этого не может быть», – рассказала Юрьева в интервью газете «Спорт-Экспресс».
http://news.sport-ex...8/nl286054.html Здесь полностью.
,но яочень надеюсь ,что Катяеще не сказала своего последнего слова в биатлоне!!
