За многолетнюю тренерскую карьеру Ксения Румянцева подготовила немало танцевальных пар. Но едва оперившись, ученики предпочитали других наставников с более громкими именами в надежде, что это им поможет быстрее пробиться наверх. Случалось, уводили целыми группами, тихо, за спиной. Самое неприятное, что делали это люди из этой же профессии, которым доверяла полностью. В такие моменты хотелось все бросить, уверовав в тщетность дальнейших усилий. Но Румянцева вновь начинала с нуля, научившись воспринимать жизненные обстоятельства как данность…
О своих учителях и учениках, что явилось главной проблемой для Бетины Поповой и Юрия Власенко в этом сезоне, о прическе Павла Дрозда и характере Аллы Лобода -- в интервью тренера Ксении Румянцевой.
Ксения Геннадьевна, как вы пришли в фигурное катание?
В фигурное катание меня привела мама, потому что ей очень нравился этот вид спорта. Мне было пять с половиной лет, я считалась «переростком», потому что в школу брали детей в четыре года, а то и раньше. Но, как рассказывала мама, она быстро нашла общий язык с моим первым тренером Неллей Николаевной Кафискиной. Та согласилась работать со мной, но поставила условие, чтобы ребенок похудел.
В детстве я, действительно, была пухленькой. Маме очень нравились красивые розовощекие детишки. Мне всегда повязывали платок, чтобы щечки выступали вперед. Но надо знать мою маму – Елена Ивановна очень волевой человек. Если она что задумала, то не отступит. Через две недели я пришла на каток прилично похудевшая. Голодом меня не морили, но заставили питаться правильно, что и дало желаемый результат. С этого все и началось.
Начинали с одиночного катания?
Как все. Мне повезло, в тот момент первый спортивный спецкласс набирал Эдуард Плинер, и меня взяли. Жили мы возле метро «Аэропорт», тренировались на Стадионе юных пионеров, а учились в школе №698, которая находилась напротив катка. Отучившись, шли тренироваться, после делали уроки, обедали, снова тренировка. Замечательное было время. В профессиональных кругах Плинер имел репутацию специалиста, который закладывал основательную техническую базу, о таком тренере можно было только мечтать. Кстати, не так давно после долгого перерыва мы пересеклись с ним. Не виделись, наверное, больше 15 лет. Получилась очень радостная встреча.
А почему предпочли танцы?
С детства любила танцевать и не любила прыгать, вращаться. Мне безумно нравилось кататься под музыку, импровизировать, поэтому, когда на СЮПе открылась танцевальная группа, которую вела Лидия Караваева, то я сразу перешла. Затем какое-то время работала с Лидией Кабановой – супругой Игоря Кабанова, старшего тренера ЦС «Динамо». Очень недолго тренировалась у Светланы Алексеевой, а лет в 12 перешла в группу Натальи Линичук и Геннадия Карпоносова. И хотя я с огромным уважением отношусь ко всем наставникам и благодарна каждому, но именно Наталья Владимировна сыграла в моей жизни ключевую роль.
Занималась я у Линичук, скажем так, в сознательном возрасте – с 12 до 17 лет. Этот период совпал с моим взрослением, становлением как личности. Помню, что Наталья Владимировна была очень жестким тренером. Любая оплошность наказывалась. Она не признавала мелочей, будь то вес спортсменки или опоздание на тренировку. Раз пришел заниматься делом, то выйди на лед за две минуты до начала тренировки и будь готов выложиться на все сто. Я с благодарностью вспоминаю Линичук. Ее правила стали моими.
Почему не сложилась ваша спортивная карьера?
Из-за травмы. Неудачное падение на тренировке, перелом черепа. А поскольку у меня уже были сотрясения мозга, то врачи сказали, что не стоит рисковать. Я бы продолжила кататься, но «против» была мама. Так вышло, что она привела меня в фигурное катание, и она же приняла решение, что не нужно продолжать.
Тяжело пережили тот момент?
Тяжело. Поначалу переживала, расстраивалась. Была обида, что не получилось. Но мысли, что жизнь закончилась, не возникало. Возможно, потому, что все случилось неожиданно, и я толком не успела осознать глубины проблемы. Помню, в какой-то момент наступило полное опустошение, не знала, чем заняться. Помогло то, что поступила в институт физкультуры. Полгода проучилась на заочном, затем перевелась на очное, а месяца через три начала тренировать маленьких детей.
Все произошло само собой?
Можно сказать и так. Пригласили работать в детскую школу «Динамо». Детишки были совсем маленькие, некоторым исполнилось года два, чуть больше. Они еще и говорить-то не умели, постоянно норовили руки поцеловать, приходилось прятать в карманы. Мне нравилось работать с начинающими, молоденькой была, а дети всегда чувствуют расположение и отношение к ним. Некоторые родители рассказывали, что дети дома играют в Ксеньевну. Они меня так называли, потому что выговорить Ксения Геннадьевна не могли.
Позже меня пригласила помогать Линичук. Я проработала с ней два года, а потом…
…Наталья Владимировна улетела в Америку.
Да. Я окончила институт, вышла замуж, родила дочь.
Дочь поставили на коньки?
Как приличная мама, отвела однажды дочь на СЮП, сама поднялась на балкон, понаблюдать, как ребенок катается. На СЮПе были очень низкие бортики, и вдруг вижу, как моя Лизонька «летит» в борт. Подбегаю, все в крови, зубы у дочери шатаются… На этом наши занятия фигурным катанием закончились. Лиза сейчас учится в МГИМО на журналиста-международника. Знает три языка, так что она нашла себя в другом.
Когда возобновили тренерскую работу?
Лиза была совсем маленькой, когда однажды мне позвонил папа Оксаны Подтыковой, попросил помочь девочке. Оксана каталась у Светланы Львовны Алексеевой в паре с Романом Костомаровым. В группе было много пар, времени на всех, видимо, не хватало. Я согласилась помочь, и так и осталась в фигурном катании.
Вы работали со многими тренерами, какой главный принцип профессии вывели для себя?
Как бы в душе ты не любил и не уважал учеников, но всегда должна соблюдаться дистанция между тренером и учениками. Это, пожалуй, единственное правило, которого я стараюсь придерживаться в профессии.
В вашей тренерской карьере бывали моменты, когда хотелось все бросить?
Конечно. Хотелось бросить, развернуться и уйти, хлопнув дверью. Предательство непросто пережить. Когда ты год за годом растишь учеников, а они поворачиваются спиной, уходят, и вся проделанная работа идет насмарку, нужно набирать новых и все начинать с нуля – это тяжело выдержать. Кого-то из ребят забирали, кому-то пудрили мозги, других разбивали как пару, чтобы не мешали конкурентам.
Из прошлого состава в фигурном катании остались лишь двое моих учеников -- Нелли Жиганшина, которая катается за Германию, и Руслан Жиганшин. Оба начинали у меня. Пришли из одиночного катания. Причем, Руслан был тогда совсем маленьким. В танцы в таком возрасте не брали, но мы попробовали. А все остальные ученики «растворились».
Жалеете о ком-то?
Жалею, что не раскрыли своего потенциала Аня Мотовилова – Сергей Магеровский и Наташа Михайлова – Аркадий Сергеев. Мотивилова – Магеровский – это была не пара, бомба! Девочка пришла из одиночного катания от Виктора Николаевича Кудрявцева с хорошим коньком. После четырех месяцев совместной работы они с Сергеем стали четвертыми на первенстве России. Все в один голос твердили, что это пара будущего. Но очень много людей потрудилось над тем, чтобы этого будущего у ребят не случилось. Такой поворот.
Наташа Михайлова – Аркадий Сергеев были вторыми на юниорском чемпионате мира, трижды побеждали на юниорском чемпионате страны. Но ребята перешли к Александру Жулину, прокатались год и закончили. Это был их выбор, я не вправе никого осуждать. Наташа счастлива в семье, это ее путь. Но мне, как бывшему тренеру, обидно, что, как спортсменка, она не состоялась. По своему потенциалу Михайлова могла быть настоящей звездой.
Кто из специалистов сейчас работает с вами?
На протяжении достаточно долгого времени со мной работает Катя Волобуева, хореограф Михаил Коллегов, два молодых тренера Петя Перепелкин и Денис Лунин, акробат Данила Саранин.
Как вы набираете учеников?
К сожалению, мы не часто можем выбирать. В нашу группу приходят спортсмены, у которых точно не получилось в одиночном катании. Попадают также из платных групп и даже групп здоровья. Дети разные, бывают кривенькие, косенькие, но мы их выравниваем. По потенциалу, фактуре, линиям сразу видно, можно человека обучить или нет. Хотя, безусловно, гораздо приятнее, если фигуристы приходят обученными, с базой.
Например, Бетина Попова перешла к нам из ЦСКА из группы Марины Селицкой и Ирины Васильевой. Как-то мне позвонила Марина, сказала, что есть девочка, нужно посмотреть. Я приехала в ЦСКА, Бетина мне понравилась, с этого и началась наша совместная работа.
А ее партнер Юрий Власенко?
Юра катался у Елены Анатольевны Чайковской, после перешел в ЦСКА. Но в одиночном катании не пошло, и Юру нам сосватала Светлана Соколовская. Мы поставили Бетину в пару с Юрой. И с первой же тренировки у ребят все стало получаться.
Паша Дрозд приехал из Питера. Там он катался в одиночниках, потом в танцах. Но что-то не заладилось с партнершей, родители решили перебраться в Москву. Пашу привезли на «смотрины» к Валерии Подлазовой, но после двух лет совместной работы девочка получила травму и завершила карьеру. Я решила поставить Пашу с новой партнершей Аллой Лобода и оказалась права, так как ребята очень подошли друг другу.
Как спортсменку Аллу вырастила Софья Николаевна Киташева, потом показала спортсменку Елене Анатольевне Чайковской. Та сразу сказала: в танцы. Так Алла оказалась у нас.
Расскажите, пожалуйста, подробнее об учениках. Начнем с Бетины и Юры.
В этом дуэте очень яркая партнерша. Бетина безумно талантлива. По своему потенциалу это ураган эмоций и страстей. Она удивительно трудолюбивая, ее не нужно подгонять. Юра другого склада. Он гораздо спокойнее, в катании чуть потяжелей. Но эти двое очень дополняют друг другу. Она взрывная, он спокойный. Они прекрасно ладят между собой, общаются и вне катка.
Эти ребята давно катаются в паре, но у них был один недостаток – «падучесть» на соревнованиях. На тренировках делали чистые прокаты, а на соревнованиях творили такое! Каждый старт мы переживали как последний в жизни. Они падали, срывали элементы, хотя готовы были очень хорошо. Скорее всего, это какой-то психологический барьер, который, к сожалению, не удалось преодолеть и в этот раз, на чемпионате мира в Таллине.
Ребята были настолько здорово готовы к чемпионату, делали такие качественные прокаты, что мы и предположить не могли, что все так обернется. Это был их самый неудачный старт за последнее время. Но это мы пережили. Расстроились, конечно, сильно, но нужно двигаться вперед.
С самого начала у этой пары не задался сезон.
Он и, правда, получился очень тяжелым. В конце прошлого сезона Юре сделали операцию на ноге. Потом призвали в армию на сборы. После перерыва мы возобновили работу, Юра начал выкладываться на тренировках, но снова заболела нога. Из-за того, что нога распухала, он не мог кататься. Вновь попал в больницу. Все пошло наперекосяк. Когда Юра выписался, то мы боялись давать полноценных нагрузок, потому что в голове у всех сидело, как бы ногу не загубить. Затем потихоньку все пришло в норму, и… заболела Бетина. Перед финалом Гран-при у нее вдруг насморк, температура. Попадает в больницу с аденоидами, четыре прокола. Снова форсированная подготовка. И так почти весь сезон. Ребятам пришлось, конечно, хлебнуть. Надеюсь, что следующий год будет более спокойный и планомерный, болячки отступят. Было бы здоровье, остальное приложится. Пара красивая и талантливая.
Другой ваш дуэт Алла Лобода – Павел Дрозд в этом сезоне на юниорском финале Гран-при опередил Бетину и Юрия.
Алла и Павел -- очень талантливая пара со своим стилем. Ребята перспективные, у них все впереди.
В начале сезона с Пашей случилась смешная ситуация. Мальчиков забрали в армию, и в первый же день мне присылают фото, на котором совершенно лысый наш Дрозд. На дворе июнь, первый юниорский этап Гран-при, где Паше и Алле выступать, уже в начале августа, произвольный танец у них «Жизель», где Павел изображает графа, и я понимаю, что за месяц волосы у парня не отрастут. Представляете: граф с лысой головой да еще с синим отливом! Помню ощущение тошноты и безысходности. Но оказалось, что все не так трагично. Когда начался сезон, на голове у спортсмена уже отрос «ежик», и Паша предстал в новом образе. В его лице, движениях появилось что-то такое, что делало его более мужественным. Кстати, по натуре, несмотря на свою пластилиновую внешность, Павел очень сильный, волевой, прагматичный и ответственный человек. У него прекрасные отношения с мамой, которая ездит с ним на все старты как талисман. Неважно, Саранск, Барселона, Сочи, Фукуока… В нашей группе занимается младшая сестра Паши – Дарья Дрозд, и мама сопровождает и ее на соревнованиях. При этом мама работает, но все успевает.
Алла Лобода из категории трудяг. Ей не нужно ничего дважды повторять. Она постоянно чем-то занята, что-то делает. Девочка потрясающая, музыкальная, которой подвластны все жанры. К тому же, она – отличница. Ее старшая сестра учится в МГУ. Очень хорошая семья.
У пары Лобода – Дрозд есть незаменимые качества. Ребята очень мотивированы, не боятся работать. Конечно, мы были все расстроены непопаданием пары на юниорский чемпионат мира. Готовились, старались, ребята горели желанием и, видимо, перестарались, потому что ошибка в произвольном танце на первенстве России в Йошкар-Оле не позволило им войти в состав команды. Очень досадно, но, как говорят, на ошибках учатся.
Глядя на эти пары, вы можете сказать о себе, что как тренер состоялись?
Нет. В этом сезоне ребята успешно выступали на юниорских этапах Гран-при, были в призерах в финале. Но тренер растет вместе с учениками, так что в этом плане нам еще работать и работать.
Подготовила Ольга ЕРМОЛИНА
На снимке: тренер Ксения Румянцева, фигуристы Бетина Попова -- Юрий Власенко, Екатерина Волобуева на чемпионате мира среди юниоров Таллине, Бетина Попова -- Юрий Власенко, Алла Лобода -- Павел Дрозд.
Фото Юлия КОМАРОВА и Михаил ШАРОВ
#JuniorWorlds2016
