03 июня 2016
Это интервью с Катей и Димой мы делали за несколько дней до отпуска спортсменов. Пришли к ним на каток, и сразу бросилось в глаза, насколько ребята увлечены работой. А между тем, для олимпийских чемпионов в командных соревнованиях, бронзовых призеров первенства мира и чемпионов Европы в танцах на льду Екатерины Бобровой и Дмитрия Соловьева прошедший сезон оказался непростым. Казалось бы, после пропущенного года спортсмены только вошли в колею, завоевали бронзу чемпионата Европы, готовились к чемпионату мира, но выступить в Бостоне из-за временного отстранения Кати, увы, не смогли. За время вынужденного перерыва оба передумали многое, и каждый уже пытался решить для себя, чем станет заниматься после спорта, если дисквалификация затянется надолго. Но в этот момент судьба дала им новый шанс, и нужно было все начинать с нуля…
О жизненных поворотах, непростых решениях и предложении руки и сердца -- в интервью Екатерины Бобровой и Дмитрия Соловьева.
-- Трудно даже представить, что вы пережили за время отстранения от соревнований.
Катя: То, что испытала я в первый момент, узнав про допинг, можно выразить одним словом: шок! Жуткое состояние! Слезы, рыдания, паника. Я не понимала, что делать дальше, и когда закончится эта история. Сначала мы с тренером решили Диме ничего не сообщать, чтобы не сбивать его с настроя, ведь мы готовились к чемпионату мира. Но время шло. Молчать было бессмысленно. Нужно было рассказать правду.
Дима воспринял мои объяснения по-мужски, как будто к этому был морально готов. А что творилось у меня внутри – полная катастрофа. Спасибо Саше (Жулин –прим.) и Диме, что по-человечески они поняли и поддержали меня, эта непростая ситуация нас еще больше сплотила. Мы много разговаривали с Сашей. В такие непростые моменты обычные слова звучат совсем иначе. Ты словно глубже начинаешь вникать в их смысл, и в какой-то момент я для себя поняла, что, чтобы плохое ни происходило с тобой, жизнь на этом не заканчивается.
Я решила, надо все изменить. И мне самой будет проще, если я забуду все и переключусь на что-то абсолютно новое. Ведь сначала мне сказали, что срок дисквалификации может быть от двух до четырех лет. И я понимала, что в таком случае спортивную карьеру придется завершать. Я начала учиться, пошла на курсы актерского мастерства, занялась тем, на что мне не хватало раньше времени. Мне сделал предложение любимый человек. И новая жизнь стала другой, но от этого не менее наполненной. Это не означало, что фигурное катание для меня перестало существовать. Но к мысли о невозможности продолжить спортивную карьеру я относилась уже спокойно. Как правило, для спортсменов самая большая проблема, что делать потом, когда уйдешь из спорта. А я поняла, что и без спорта смогу найти и реализовать себя.
-- Все это время ты не тренировалась и не каталась?
Катя: Каталась. Мы продолжали готовиться к чемпионату мира, потому что должны были быть готовы – мало ли как бы развивалась ситуация! А потом стали ставить показательные, думать о возможных выступлениях в шоу. Но мысли о спорте меня не терзали. Для себя я все уже решила и выкинула лишнее из головы. И когда, спустя какое-то время, мне сообщили, что мы можем продолжать, то вот этот момент, когда нужно было снова повернуть назад, стал для меня не менее тяжелым.
Это как научится кататься после операции. Снова искать в себе силы, настраиваться, включаться в работу, готовить программы на следующий сезон, тренироваться… Месяц я вообще не могла собраться. Мы говорили с Димой, с Сашей, думали, решали, а стоит ли продолжать? Два сезона жить как на вулкане, это очень непросто. Сначала травма Димы. Неопределенность, ожидания. Но мы вернулись. А тут опять новая проблема.
В итоге Саша сказал: «Давайте начнем ставить программы». И это был правильный шаг, потому что лучший способ понять, чего я хочу, это начать работать. Потому что, когда работа начинает нравиться, то все встает на свои места. Я не говорю сейчас «мы», потому что в глазах Димы я читала, что он хочет продолжать. А вот мне было сложно. И все-таки так заканчивать карьеру в спорте мы не хотели. И я подумала, что если есть возможность продолжать, то надо ею воспользоваться. Чтобы не кусать потом себе локти, понимая, что я могла еще что-то сделать в спорте, но ушла. Поэтому мы все собрались и стали продолжать. Надеюсь, что в будущем не пожалеем.
-- Дима, а как ты чувствовал себя в этой ситуации?
Дима: Поначалу Катя с Сашей мне говорили, что все хорошо, что есть небольшие проблемы с паспортом. Но я понимал: что-то не так, все гораздо серьезнее. Когда я догадался, что произошло, то, не буду скрывать, очень сильно расстроился. До этого сезона восемь месяцев не катался из-за травмы, потом начал восстанавливаться, поставили программы, вышли на лед. Сезон складывался более-менее хорошо. Чистые старты, ни одного срыва. Все шло идеально. Третье место на чемпионате Европы и тут раз… Когда они мне все рассказали, то, честно говоря, даже при том, что я морально был ко всему готов, руки просто опустились. Пару дней не мог прийти в себя. Стал думать, чем заниматься дальше. Были проекты, не связанные с фигурным катанием. Но я не мог решить, а надо ли их начинать. Катя сразу сказала, что все поймет, если я найду новую партнершу. Такой же разговор у нас был, когда я болел. Тогда я предлагал Кате искать партнера.
Самым сложным было пережить неопределенность. От этого очень сильно устаешь. Очень сложно жить, когда не знаешь, что впереди, потому что не можешь ничего предпринять. Но я почему-то верил, что все будет хорошо. Не знаю, почему, но в душе у меня была такая уверенность. И когда все прояснилось, то сразу Саше сказал: «Мы возвращаемся, будем кататься». А как же иначе? Столько боролись, столько шли, и теперь, когда нам выпал шанс, не ухватиться за него? Это не в нашем характере. Даже если что-то пойдет не так, то мы сможем сказать, что пытались, что сделали все, что могли. Я был уверен, нам надо продолжать, потому что далеко не все еще показали.
Мы начали работать, ставить программы. И сейчас уже видим, что они будут иными. Они не будут похожи на те, с которыми мы вышли в первый сезон, катаясь у Саши. Они не будут похожи на «Анну Каренину». Они будут другими по стилю. Мы попытаемся сделать что-то новое в пластике, в катании…
-- Как у французов?
Катя: Нет. Сейчас все об этом говорят. Говорят, что французы поймали волну и нужно все делать точно так же. Действительно, то, что делают Габриэлла Пападакис и Гийом Сизерон – просто прекрасно. Но зачем повторять? Нужно искать себя в чем-то другом. Это мы и пытаемся сделать. Мы ищем то новое, другое, с чем сможем быть на уровне лидеров. Ведь сейчас в танцах есть не только французский дуэт. Да, они оторвались. Но есть много других хороших пар. Возвращаются канадцы Тесса Вирчу – Скотт Мойр. После этого сезона и другая канадская пара Кейтлин Уивер и Эдрю Поже будет рвать и метать. Им надо бороться за место лидеров в их сборной. А значит, нужно взорваться так, чтобы их оценили. Американцы Шибутани не намерены останавливаться. В этом сезоне они сделали очень большой скачок. Были очень стабильны на всех стартах. Так что все будут работать над тем, чтобы вырваться в лидеры.
Дима: Если нам ставить похожую программу как «Анна Каренина», про которую все специалисты говорили, что она прекрасна, или что-то похожее на «сумасшедших», то это невыигрышно. Потому что мы уже это делали. Всегда очень интересно смотреть на актера, который меняется. Когда человек меняется, меняется стиль, меняются движения, за этим интересно наблюдать.
Катя: Когда французы катали программы в первый сезон, то все восклицали: «Вау!» Во второй они тоже сделали классные программы. И есть опасность, что на третий год – программы, поставленные в этом же стиле, уже не будут такими классными. Я лично не знаю, что им делать, чтобы победить самих себя, чтобы получилось что-то особенное. Возможно – менять стиль. Но тут всегда есть риск: попадут - не попадут. Посмотрим. Будет интересно.
Мне лично интересно будет посмотреть на Анну Каппеллини – Луку Ланотте. Два года назад итальянцы сказали, что нашли свой стиль. И теперь из года в год катают программы в одной стилистике. Да, в этом году их программа всем понравилась. Они занимали высокие места. Стали чисто кататься. Но если они опять будут придерживаться этого стиля, то нужно еще лучше делать программу, а это очень сложно. Сложно совершенствоваться исключительно в одном стиле. Например, французам подходит их стиль. Я не думаю, что им подойдет то, что делают итальянцы, или они смогут скатать «Каренину». У всех разный стиль. И надо находить такой, чтобы на нас смотрели и восклицали: «Вау!»
-- Вы сказали, что уже начали ставить новые программы.
Катя: Да, начали работать. Мы нашли прекрасную музыку для произвольной программы, но она длится только три минуты, поэтому оставшуюся часть специально заказали дописать композиторам. Дима уже сказал, что мы попытаемся сделать что-то новое по пластике, по композиции… Понятно, что элементы остаются элементами, но хочется, чтобы вся программа смотрелась как единое целое, все было красиво и органично. Над этим и работаем.
-- Катя, насколько важна была для тебя поддержка любимого человека? В тот сложный период, о котором мы говорили, тебе было сделано предложение руки и сердца.
Катя:Очень важна. Я очень этого ждала, и очень этого хотела, потому что поняла, что хочу связать свою жизнь с этим человеком.
-- Наверное, все уже знают имя твоего жениха Андрей Депутат, который катается в паре с Верой Базаровой. Если не секрет, как он сделал предложение?
Катя: Это было очень романтично. Мы гуляли в парке. Было безлюдно, и так хорошо! И главное это было неожиданно! Я предположить не могла, что это будет именно так. Андрей привел меня на то самое место, где мы впервые признались друг другу в любви. И все получилось как в романтичных фильмах. Для меня было важно, чтобы это было не при всех, не с миллионом алых роз, потому что такие вещи не делаются на публике. И Андрей все угадал. Оказалось, что он два месяца носил с собой кольцо и искал подходящего момента.
-- Свадьба в июле?
Катя: Да, 16 числа. До этого мы поедем отдыхать, это и будет наше свадебное путешествие. Сначала в Париж, потом на Кипр. Отмечать будем под Москвой. Расслабимся денька на два. А дальше работа, тренировки.
-- Дима, ты-то не против того, что партнерша выходит замуж?
Дима: Только за. Я очень хочу, чтобы Катя была счастлива.
-- Замужество будет мотивировать на новые свершения?
Катя: Я думаю, что такое событие должно мотивировать прежде всего мужчину, потому что он становится ответственным за семью. Мужчины -- это мужчины. И то, что они -- сильная половина – этого не изменить. Не важно, сейчас мы живем, или в 16-м веке, мужчина в семье должен быть главным.
-- Сейчас у вас приятные хлопоты?
Катя: Платье выбираем. Много чего нужно сделать, купить. Недаром же в Париж едем!
-- Дима, готовишь свадебный подарок?
Дима: Да. Крестиком вышиваю. Шучу! Время еще есть, придумаем что-то все вместе.
-- Кажется, что все эти испытания очень сплотили вас, заставили на многие вещи в жизни смотреть иначе?
Катя: Все это действительно так. Только обидно немного, когда разогнался, набрал нужную скорость, а в этот момент приходится тормозить. Но с другой стороны, когда все гладко, то это не так и ценишь. В жизни любого человека важен момент преодоления, тогда и результаты, и медали становятся дороже. Когда мы в этом году стояли на пьедестале чемпионата Европы, то эта бронза казалось мне самой дорогой, потому что она была выстраданной. Мы столько для этого сделали. Сейчас мы начали опять, и дай Бог, чтобы все получилось.
Дима: Жизненные трудности делают нас сильней. И порой важен путь, а не цель. Во всяком случае, нам будет, что рассказать своим детям.
Ольга ЕРМОЛИНА, Татьяна ФЛАДЕ
Фото Юлии КОМАРОВОЙ (архив) и из инстаграма Екатерины БОБРОВОЙ
