Приговор для «Шинника»?АЛЕКСАНДР РОЖНОВ. В Ярославле куча событий. «Шинник» довольно неожиданно (при явном дефиците бюджета) втиснулся в борьбу за путевку в премьер-лигу. Гендиректора ярославского «Шинника» Александра Рожнова снова дисквалифицировали (в третий раз за год!) за оскорбление арбитров. А его предшественнику Владимиру Шепелю вот-вот зачитают приговор (обвиняется в финансовых хищениях).
Корреспондент «ССФ» отправился в волжский город, чтобы пообщаться с руководством клуба.
Первым заданием в командировке значилось освещение судебного процесса над бывшим гендиректором «Шинника» Владимиром Шепелем. Дело громкое, и вся Ярославская область пристально следит за ним. От очередного заседания ждали новых подробностей – в своем последнем слове Шепель намеревался выступить обширно и еще раз заявить о своей невиновности. Однако судья Нина Воронина перенесла заседание, что вызвало возмущение представителей обвиняемого – в ожидании развязки Шепель уже без малого полтора года находится в СИЗО.
«МНЕ ЖАЛКО ВОЛОДЮ» Пришлось сразу перейти к заданию номер два – интервью с нынешним гендиректором «Шинника» Александром Рожновым. Начали с драмы его предшественника.
– Шепелю грозит от пяти до девяти лет лишения свободы. Какова позиция клуба – созерцательная, осуждающая, сочувственная? – Лично мне по-человечески жалко Володю. Система управления предыдущих лет была такова, что любой мог оказаться на его месте. И я мог оказаться. Можно сказать, что в лице Шепеля нашли стрелочника. Но, полагаю, после ареста Шепеля в российских клубах не перестали платить зарплаты в конвертах. Сам процесс комментировать не буду. На заседаниях присутствует юрист клуба.
– Получив дела в январе 2008-го, что вы обнаружили? – Деньги шли не совсем правильным путем. Существовала черная касса. По-белому, через расчетный счет, проходила незначительная часть средств. Соответственно, это отражалось на размерах налоговых перечислений. Еще раз подчеркну: подобная система существовала в клубе с давних пор.
– Полагаю, теперь клуб находится под особым контролем? – Я и сам хочу, чтобы нас контролировали. Над нами куратор, поставленный областной администрацией, и я все отчеты отношу ему. Веду бизнес аккуратно, не отступаю от правил: строгая экономия, все счета проводить через себя. Шепель, кстати, многие важные вопросы доверял подчиненным.
– Правда, что вы вкладываете в «Шинник» личные средства? Если так, то подробнее о себе. – Я не трачу каких-то сумасшедших денег. Занимаюсь бизнесом в Ярославле с 1988 года: торгово-развлекательные центры, арендный бизнес, розничная торговля. Клуб во многом нуждается. Я сам отдаю, еще прошу депутатов, мэров, чтобы помогли. Например, в строительстве запасного поля с подогревом. Нынешнее надо срочно менять. Мы были записаны на получение нового покрытия на 2011 год, но благодаря распоряжению Виталия Мутко газон должен быть доставлен в ближайшие месяцы. Когда Хиддинк был у нас с визитом, то шарахнулся от поля: «Это же зубная щетка! На ней нельзя играть!». В этом году двум нашим 12-летним школьникам сделали операции на коленных суставах. Так что ситуация критическая.
– Личные вложения в российский футбол – большой риск. Вы можете дойти до «точки» Андрея Червиченко, который до сих пор не может простить себе пропавшие в «Спартаке» миллионы. Какой интерес у вас? – Андрей вложил гораздо больше денег в «Спартак», чем я в «Шинник». Клуб в ожидании перемен, в ожидании солидного спонсора. Надеюсь, в будущем со мной достойно рассчитаются, или я продолжу играть какую-то роль в жизни «Шинника».
– «Шинник»-2007, решивший задачу выхода в премьер-лигу, обходился бюджетом в 600 миллионов рублей. Каков нынешний бюджет? – 300 миллионов.
– От этой суммы сколько зарабатывает сам клуб? – Процентов 5-7. В премьер-лиге получалось больше десяти.
– Сравнивали с бюджетами конкурентов? – На данный момент цифры разнятся, и не в нашу пользу. Чтобы ни говорили, бюджеты тоже воюют. И чем ближе конец чемпионата, тем сильнее мы ощущаем давление. Оно идет со всех сторон.
– Зачем «Шиннику» премьер-лига? Выйти наверх, чтобы опять выживать? – Во всех командах из лидирующей группы повторяют заученную фразу: «Думаем о следующем матче и о трех очках». Вот и мы думаем. Не хочу загадывать это возвращение, но есть желание губернатора, и болельщиков, и всех нас. Мы рассчитываем на удачный финиш и приход солидного спонсора. Подбор футболистов у нас один из самых сильных в первом дивизионе. Игра поставлена. Все ребята амбициозные, с опытом.
– Принято считать: первая пара, выходящая наверх, определена заранее. – Состав участников первого дивизиона подравнялся. Очки у лидеров могут и аутсайдеры отнять. Так что не все так очевидно.
«БОЯРИНЦЕВ – УНИКАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК» – Что за стройка за окном? – Строительство новой трибуны на пять тысяч мест. Это первая очередь реконструкции стадиона, который по замыслу должен принять несколько матчей чемпионата мира 2018 года. «Шинник» будет играть на красавце-стадионе.
– Не верится, что в Ярославле можно собрать на футбол 30 тысяч народа. – Массовость болельщиков – проблема. На хоккее условия лучше, арена уютная, красочная. А футбольный стадион пока что неказистый, серый, ветрами продуваемый, дождями заливаемый. Пытаемся привлечь новых болельщиков, но значительных результатов пока нет.
– С чем связан кризис в клубе, начавшийся в прошлом году? Несколько ваших игроков обратились в Палату по разрешению споров. – Недофинансирование. Его трудно было прогнозировать. Ко всему прочему мы вылетели из класса сильнейших, а многие контракты были заключены на уровне премьер-лиги. Придя перед сезоном-2008, я за одну ночь заключил 13 контрактов с футболистами (которых набирал Сергей Юран) на приличные суммы. И в тот момент особо некогда было разбираться. Невозможно выжить на 15 миллионов долларов, имея в составе таких футболистов, как Бояринцев, Лайзанс, Горавски…
– Задолженности погашены? – Не все. Есть заявления Горавски и Семочко в Палату. За задержки выплат я и себя виню. Не будь задержек, команде было бы проще добиваться высоких результатов.
– Ныне спартаковец Бояринцев в Палату не подавал. Между вами продолжает действовать джентльменское соглашение? – Начну с того, что Денис для наших дней – человек просто уникальный! Он всех заряжает положительной энергией и все время делает добрые дела. Бояринцев и Хазов купили дорогостоящий проектор для детей. Бояринцев покупал шарфы нашим фанам, помогал им организовывать выезды. Денис такой человек: если клубу тяжело, то он терпит и ждет. И сегодня он терпит, за что я ему глубоко благодарен.
«Я НЕ НАВЯЗЫВАЛ ТРЕНЕРАМ СВОЕЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ» – При вас сменилось несколько тренеров. Ушли Юран, Павлов, теперь Лях. Что за причины? – Начнем с того, что Юран и Павлов два очень дорогих тренера, но с обоими мы расстались на позитивной ноте. Юран, отдаю должное, старался ставить качественную игру. Бей-беги – это не его стиль. Но он хочет работать с опытными игроками, и чтобы находились деньги на хорошие зарплаты и трансферы. Некоторые моменты в работе Сергея Николаевича мы приветствовать не могли. Это касается работы с футболистами и судьями. Деятельность Сергея Николаевича прежним клубам аукалась: ставропольское «Динамо» – банкрот, в Латвии то же самое. И «Химки» с Юраном так поиздержались в борьбе с нами за место в премьер-лиге, что на этот сезон ресурсов не хватило. Хорошо, у астанинского «Локомотива» крепкие спонсоры, не развалятся.
Что касается Павлова, то мы рассчитывали на большую отдачу от него. Он четыре раза выводил команды в премьер-лигу. Поначалу я нарадоваться не мог: Павлов рьяно взялся за работу, ну, думаю, повезло нам с тренером! А потом – нервозность, неудачи. Помню наш разговор перед матчем с «Уралом». Павлов выглядел опустошенным: «Я здесь ни на что повлиять не могу».
– «На что именно, Сергей Александрович?». Но он мне так и не ответил. Видимо, хотел большего влияния, но ведь задача тренера – тренировать… По Ляху. Это не сиюминутное решение, и оно связано, скорее, со структурными изменениями. Уверен, что у Ивана Васильевича найдутся достойные предложения.
– Юран о вас невысокого мнения: мол, во главе клуба стоит не футбольный человек. – Я в курсе. Сергей Николаевич сказал, что я разбираюсь в моде, хорошо играю в большой теннис, но не понимаю в футболе. С последним утверждением не согласен. Я с детства занимался в группе подготовки «Шинника», в команде ребят 1961 года рождения, которая дала нашему спорту олимпийского чемпиона Евгения Кузнецова. Обучал нас Анатолий Михайлович Кирюхин. Ушел я из футбола 18-летним юношей только по причине травмы. И ярославский футбол знаю очень хорошо. От стадиона жил за два квартала, с отцом посещали почти все матчи. В моей памяти вся история «Шинника», начиная с шестидесятых годов.
Я всегда помнил, кто у нас главный тренер. Высказывал свои мысли, но никогда не навязывал свою точку зрения ни Юрану, ни Павлову, ни Ляху. Моя деятельность связана с управлением, делопроизводством, заботой об игроках.
«РУГАЮСЬ В ИНТЕРЕСАХ КЛУБА» – Вы один из главных кандидатов на номинацию «гроза судей»: три дисквалификации за год за препирательства и оскорбления. – Обычно сдерживаюсь, стараюсь, во всяком случае. Но мое поведение иной раз бывает жестким по отношению к судьям. На одном из заседаний президент ПФЛ Николай Толстых многозначительно так сказал: «Многострадальный «Шинник». Вот это он в точку. В 2006 году нас лишили 13 голов, это подтвержденные экспертами данные. 2007 год в расчет не беру – так получилось, что «Шинник» доставлял страдания другим. 2008-й: отменили пять чистых голов, не считая уймы не назначенных пенальти. Не могу сказать, что в этом году нас много обижали, но один матч, с «Лучом-Энергией», моментально вывел из равновесия. Случилось вопиющее безобразие, «расстрел питерских рабочих», а исполнителем выступил судья Кузнецов.
– Думаете, судьи в заговоре? – Судите сами. В прошлом году нас убили в матче со «Спартаком». Судья Дорошенко устроил это безобразие. Потом этот судья звонил нам, говорил о каких-то долгах за 2007 год. Его сразу надо было отстранять. Что в итоге? Пошумели в газетах, и «двоечник» Дорошенко спустя время опять начал судить. А сегодня премьер-лига отчислила его, первая лига тоже отказала. Правильно, у нас не полигон для перевоспитания.
– Вас называют человеком, который помог арбитру Игорю Захарову уйти на пенсию. Именно вы пытались провести экспертизу на содержание алкоголя в крови Захарова после одного из матчей, за что получили дисквалификацию с формулировкой: «за унижение человеческого достоинства». – Не хотел бы возвращаться к этой истории. Скажу одно: у меня нет сомнений в том, что Захаров в тот день вышел на поле в нетрезвом виде. Нечто подобное фиксировали и в других городах, в частности, на предматчевом совещании матча «Луч-Энергия» – «Сатурн». Знаю, что мы с Игорем друг друга поняли. Он осознает, что разбирательство после матча началось не на пустом месте. Компетентные люди, которые вывели Захарова на столь высокий уровень, обещали мне, что судить он больше не будет. Они выполнили обещание. Мне многие инспекторы руки пожимали, говорили «спасибо». А некоторые футбольные руководители упрекали, что не довел дело до самого конца. Но – главное, что Игоря нет в судейском корпусе, он просто не должен этим заниматься.
– Другая история. 5 августа этого года, Новороссийск. Дисквалификация за нецензурную брань, оскорбления в адрес арбитра Бобыка и видеооператора ФК «Черноморец». – Это еще не все. «Оскорблял жителей города-героя Новороссийска» – так написали. Бред! Ложь! Началось с того, что вратарь Кот сделал хук – нашему Рикардо всадил по голове. За такое дают красную, но судья ограничился желтой. Хватало и других моментов. После матча началось самое интересное. В течение 20 минут нам не могли открыть просмотровую комнату, а ведь на подачу жалобы по регламенту ПФЛ отводится всего 40 минут. Обратились к инспектору Безбородову, а он из кабинета даже не выходит, видимо, есть вопросы поважнее. Постепенно закипаем: срочно откройте комнату! Или нам что, дверь ломать? Начальник «Черноморца» Попов ссылается на видеооператора, мол, у него ключ. Оператор отнекивается: нет у меня ключа. После долгих препирательств дверь нам, наконец, открывают, входим в комнату, а там масса посторонних людей. Просим их выйти. На что нам заявляют: «В комнате компьютеры, вдруг украдете, в Ярославль увезете?». Но почему, спрашивается, ценные вещи находятся в просмотровой комнате?! В качестве гаранта прислали резервного арбитра – чтобы следил за сохранностью имущества.
Да, я вел себя жестковато. С арбитром Бобыком была перепалка. Но когда происходит форменное безобразие, как сдерживаться? И пусть люди меня поймут: Рожнов защищает не свои личные интересы, а интересы клуба.
– Да уж, весело в подтрибунных помещениях первого дивизиона… За что получили последнюю дисквалификацию? – В домашнем матче с «Лучом-Энергией» (1:3) нас судил арбитр Кузнецов. Предупреждения сыпались направо-налево, на пустом месте удалил Рикардо, Бузникина, для которого эта красная карточка стала первой за время карьеры. Плюс два не назначенных пенальти. В общем, с интересом работал человек, убивал с цинизмом. После матча он смотрел на меня пустыми глазами. Эти глаза говорили мне: «Я сделал то, что хотел». Другой бы сказал: давай, мол, остынем, переговорим через десять минут. А этот смотрел молча, с явным самодовольством. Экспертно-судейская комиссия рассмотрела работу Кузнецова и признала его явные ошибки по двум эпизодам.
– Не раз наблюдал, как руководители клубов звонят после матчей главе Коллегии футбольных арбитров Сергею Зуеву, жалуются… – В последнем случае, по поводу Кузнецова, был звонок нам из Дома футбола. «Понимаем, видим, не все правильно было в вашем матче». Эти звонки как-то успокаивают. У нас к органам РФС доверие...
