Адвокат рассказал о шансе Мамаева и Кокорина выйти на свободу
"Покажите мне молодого мужчину, который с пьяных глаз не натворил чего-то"
Арест двух набедокуривших по пьяни футболистов Кокорина и Мамаева — это показательная акция правоохранителей или за этим стоит забота о самих арестованных — дескать, все равно им придется сидеть, а в СИЗО и день за два могут засчитать? С таким вопросом «МК» обратился к двум известным российским адвокатам с солидной практикой. Неожиданно выяснилось, что оба они уверены: избранная спортсменам мера пресечения явно избыточна. Причем не только с точки зрения здравого смысла, но и юридической.
Напомним, обоих футболистов суд отправил под стражу на два месяца с момента задержания. Следствие, которое об этом ходатайствовало, заявило о возбуждении против Мамаева и Кокорина уголовного дела по ст. 116 УК РФ («Побои») и ч. 2 ст. 213 УК РФ («Хулиганство по сговору»). Теоретически, если такая квалификация сохранится до окончания расследования, то, по самым неблагоприятным прогнозам, спортсменам может грозить наказание и более семи лет лишения свободы. Если говорить упрощенно — максимальная санкция по ч. 2 ст. 213 — семь лет, к ним путем частичного сложения наказаний могут прибавить еще что-то от статьи 216.
В практике известного адвоката Руслана Коблева недавно было похожее дело — об избиении известного музыканта. Там обвиняемые получили по два года колонии-поселения. И, по мнению адвоката, квалификация действий футболистов, которой, в частности, обосновывалось их помещение за решетку, странна.
— Что касается обвинения в побоях, то пока не окончена судебно-медицинская экспертиза, не определен вред, причиненный потерпевшим, любая квалификация будет, скорее всего, не верной, — поясняет адвокат. — То есть в итоге в данном случае это могут оказаться побои, которые повлекли средней тяжести вред здоровью, тогда эти действия нужно квалифицировать по статье 112 УК. Или, например, легкий вред здоровью, тогда это статья 115. А вот что касается статьи 213, то ее в принципе не стоило применять к этим фигурантам дела, я полагаю.
— Почему?
— Даже если это были побои из хулиганских побуждений, то это только звучит на первый взгляд похоже, но статьи «Побои» и «Хулиганство» отличаются направленностью умысла. Раньше хулиганством считалось любое нарушение общественного порядка. Сейчас это «грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу». Причем таких нарушений в УК осталось только три вида. Первый — с применением оружия и предметов, использующихся в качестве оружия. Стул — это оружие? Нет. Верховный суд считает, что оружием могут быть любые предметы, которые, «исходя из их свойств», могут причинить вред. Но так мы дойдем до абсурда. Нужно в любом случае, исходить из конкретных обстоятельств дела.
Второй — по мотивам политической, религиозной, расовой ненависти. Здесь вроде бы имели место какие-то заявления. Но законодатель-то уточнил, что это должно быть именно нарушение общественного порядка по таким мотивам — например, когда кто-то выкрикивает лозунги, оскорбляет кого-то. И последний вид — это нарушение общественного порядка на транспорте, что сюда не подходит. А побои — это именно насилие, и в соответствующих статьях уже есть в качестве квалифицирующего признака и хулиганские побуждения, и расовая нетерпимость. Здесь получается, что кому-то из фигурантов сделали замечание, у него моментально, спонтанно возникло неприязненное отношение. И, если быть объективным, то такие действия нужно квалифицировать как побои и ждать определения степени тяжести причиненного потерпевшим вреда.
— Почему тогда Мамаеву и Кокорину вменили именно статью 213?
—Очень похоже, что это сделали в угоду общественности — статья 116 не позволяла их арестовать — она предусматривает наказание до двух лет лишения свободы, по таким обвинениям в СИЗО не сажают. Поэтому МВД театрально встрепенулось и применило статью 213.
Адвокат Дмитрий Аграновский тоже считает: решение было принято «под давлением — СМИ, блогеров, общественности».
— Означает ли это, что футболисты, раз уж попали в СИЗО, пойдут и в колонию?
— Это далеко не факт. Вообще, избрание мерой пресечения заключение под стражу повышает шансы на реальный срок. Такой зависимости не должно быть, но на практике она есть. Я сам встречал формулировки типа «арест используется для последующего приговора в виде лишения свободы». Это просто абсурд. Но здесь мера пресечения принята для общественности, хотя общественность в этом случае и разделилась.
— Вы считаете, что оснований для заключения футболистов под стражу не было?
— Никаких.
— Что будет с ними дальше, как вы считаете?
— Дальше все будет зависеть от того, как они будут себя вести. И от того, как поведут себя потерпевшие. Я ни в коем случае никого не учу работать. Но, на мой взгляд, кто-то из ребят взял совершенно правильную линию — извиняться, каяться и возмещать ущерб. Я считаю, что у них есть очень хороший шанс отделаться наказаниями, не связанными с лишением свободы. Они ранее не судимы, положительно характеризуются, имеют общественные заслуги — они выдающиеся футболисты. У них есть все шансы выйти на свободу из зала суда и даже до суда.
— Если бы вы были их адвокатом, что бы вы предприняли?
— Я не хотел бы навязывать свое мнение, но я бы попытался как можно более доброжелательно сконтактироваться с потерпевшими и уяснить, какие у них есть претензии. И, разумеется, принести искренние извинения.
— Думаете, они их вот так возьмут и простят?
— Может, я скажу ужасную вещь, но — с кем не бывает? Покажите мне молодого мужчину, который с пьяных глаз не натворил чего-то. Главное, чтобы они сами из этого сделали правильные выводы. А травить их сейчас всем обществом — это неправильно.
— Как вы оцениваете показания Павла Мамаева, который, как многие считают, «сдал» Кокорина, заявив, что не участвовал в одном из эпизодов? Не считаете, что это как раз правильная позиция в ситуации, когда вменяют избиение по сговору?
— Конечно, одно дело — группа лиц, а другое — когда каждый действовал индивидуально, это другая часть статьи. А всем, кто сейчас злорадствует над ними, я желаю всего лишь представить себе, что вы оказались на их месте. И думаю, находясь на скамье подсудимых, за решеткой, под конвоем, вы и маму родную сдадите, не только друга. Это очень неприятная, психотравмирующая ситуация. И злорадствовать, рассуждать, кто кого сдает, — неэтично и некрасиво. И даже, я бы сказал, это не в русской традиции. У нас никогда не было принято издеваться над заключенными, травить их, что бы они ни сделали, какие бы страшные преступления ни совершили — пусть Достоевского почитают.
https://www.mk.ru/so...na-svobodu.html
Тема закрыта
