— Бэн Чилуэлл — о мечте попасть на чемпионат мира — 2026, уходе из «Челси» и «Страсбуре»:
«Какой же это был бы сюжет, если бы мне удалось поехать на чемпионат мира после того, как я оказался среди отстранённых игроков в «Челси», и меня списали со счетов 12 месяцев назад.
Это был бы самый большой средний палец в адрес многих людей, и это меня мотивирует. «Челси» был честен со мной, я не обижен, но, конечно, у меня есть эго, поэтому было бы приятно доказать некоторым, что они ошибались.
Наверное, 99 людей из 100 скажут: "Нет, он не поедет на чемпионат мира, это невозможно". Мы общались с Томасом Тухелем после того, как он возглавил сборную Англии. Сформулирую коротко: мне дали понять, что такой вариант [попасть на ЧМ-2026] не исключён.
Переход в «Страсбур» был моим решением. У меня были предложения от других клубов, никак не связанных с «Челси», и я выбрал «Страсбур» из-за разговора с тренером.
В «Кристал Пэлас» было сложно. Я любил раздевалку, мы выиграли Кубок Англии, тренер был потрясающим, но лично я ехал в этот клуб, чтобы играть. После моего прихода команда начала побеждать, так что я не мог пойти к тренеру и спросить, почему он не выпускает меня на поле. Я проиграл несколько финалов, поэтому сбросил этот груз и был частью хорошего коллектива.
У меня никогда не было плохих отношений с владельцами. Они всегда звонили или писали. Они часто приезжают на матчи «Страсбура, у нас отличные взаимоотношение, мы можем обняться. Единственное, что ты можешь просить как футболист — это честность. Я никогда не имел ничего против Энцо Марески. Я всем говорил, насколько уважаю его за честность, потому что тогда я мог просто сказать: "Окей, ясно, я здесь не нужен". Конечно, я не был рад этому решению, я его не принимал, но уважал его.
Одной из причин моего ухода называли то, что я не подходил под роль инвертированного защитника [для Марески]. Я чувствовал, что пострадал из-за этого решения. Но я уверен, что мог бы выполнять эту роль. Я играл в центре полузащиты до 12 лет, и даже у Томаса Тухеля, когда мы использовали схему с тремя защитниками, я делал забегания в атаку. Когда Антонио Рюдигер любил проходить с мячом вперед, я смещался в центр. Я мог выполнять эту роль, но у меня не было такой возможности.
«Страсбур» не был моим приоритетным вариантом, но потом я поговорил с тренером. Звонок длился всего 10 минут, и сразу после него я позвонил агенту и сказал: "Да, оформляйте переход в «Страсбур»”.
Лиам [Росеньор — тренер «Страсбура»] сказал, что я буду удивлен, насколько мне понравится в клубе. Он считал, что я способен стать лучше, и сказал, что будет просить меня играть на позициях, на которых еще не играл, и это уже происходит. Плюс есть фактор лидерства. Я был в раздевалках, где меня окружали настоящие победители, и знаю, как вести себя в команде, которая побеждает. Казалось, что это лучший и самый естественный выбор. Я действительно удивлён уровнем. Здесь много ребят, которые попадут на самую вершину, и это также касается тренера. Во Франции сильная лига, стадионы заполняются болельщиками. Мы уже показали, что можем конкурировать с «ПСЖ», у нашего тренера большие амбиции, он хочет выиграть трофеи в этом сезоне и выйти в Лигу чемпионов.
Мой отец [который скончался в 2023 году] — человек, благодаря которому я нахожусь там, где я есть. Я обязан ему всем. Позитивный момент лишь в том, что эта потеря сблизила меня, маму и сестру. Я стал более уравновешенным и устойчивым в футбольном плане.
Что касается социальных сетей, я говорю молодым игрокам, чтобы они поверили мне, что это не тот путь. У меня нет доступа к аккаунтам в соцсетях, этими вещами занимается агент. Когда я был моложе, я листал ленту соцсетей, чтобы найти один плохой комментарий и зацикливаться на нем, несмотря на 50 хороших сообщений. Меня предупреждали об этом, но я всё равно продолжал читать ленту, пока в какой-то момент не сказал себе: "Всё, пора с этим прекращать".
Бывали дни, когда я говорил маме: "Я выиграл почти все трофеи, выступал за сборную своей страны, так зачем мне снова проходить через эти взлеты и падения? К чему все это?" А она отвечала: "Ради того чувства, которое ты испытываешь, когда выходишь на поле". Я это понимал, но именно «Страсбур» полностью вернул мне желание тренироваться и играть.
Я просто разлюбил футбол из-за того, что не играл. А теперь я выступаю в Лионе на глазах 60 тысяч безумных фанатов. У меня уже два года нет травм, мне просто нужно было получить возможность. Меня удивляет, что люди считают меня возрастным игроком в мои 28 лет. Сейчас я нахожусь в прайме. Вот почему чемпионат мира является моей целью. Я еще могу добиться многого.
В первую очередь я хочу успешно выступать за «Страсбур», оставаться здоровым, а затем, возможно, у меня будет возможность поехать на чемпионат мира. Если я отдам всего себя, но не попадy на чемпионат мира, это не станет концом света. Я продолжу получать удовольствие от футбола, и мне будет всего 29 лет».
— Считаете, что предстоящие матчи против "Барселоны" и "Арсенала" являются настоящим шансом для вашей команды сделать заявление? Вы верите, что команда способна выиграть Лигу Чемпионов и Премьер-Лигу?
— Марк Кукурелья:
