Перейти к содержимому


Фотография

Гол в ворота Истории...


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 326

#321 Scharakon-88

Scharakon-88

    МС

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1407 сообщений

Отправлено 11 September 2019 - 08:45

Вслед за ЦСКА в Северную Америку.

Увидел здесь (на Бобе)  заметку о вояже кб в США в 1979 году на мини футбольные матчи.И решил напомнить, что пятью годами ранее футболисты ЦСКА побывали на Североамериканском континенте и успешно отыграли на маленьких площадках нескольких тамошних городов. Для этого я использую страничку из книги "Футбол - вся жизнь моя".

"Правильно, товарищи! Хорошо сработали!"Таким заголовком одна из филадельфийских газет зимой 1974 года описала итог встречи по мини-футболу между местной командой и московскими армейцами, приехавшими на турнир по приглашению Североамериканской футбольной лиги (НАСЛ).

Американцы всегда умели делать рекламу любому спортивному действу, а что касается игр в закрытых помещениях, то им сам бог велел быть впереди планеты всей. Владимир Агапов и Альберт Шестернев привезли команду в США и Канаду перед Чемпионатом СССР 1974 года. Была хорошая раскрутка турнира в виде интервью с Владимиром Поликарповым, которому, по словам американских телевизионщиков, мадридский «Реал» сулил миллион «зеленых», был предварительный матч сборной НАСЛ с «Бенфикой», закончившийся вничью, и еще много чего красочного и привлекательного для зрителей. Кстати, мини-футбол в те годы был у нас в Союзе еще диковинкой, тогда как американцы занимались этим делом с конца 50-х.

Североамериканский искушенный зритель любит игры динамичные, результативные, с частым изменением счета, паузы в игре не приемлет. Поэтому поля для «маленького» футбола были с бортами и «утопленными» в них воротами. Для наших ребят очень необычное решение, но интересное и увлекательное. И армейские футболисты с удовольствием бились в этих встречах, не забывая тренироваться на естественных газонах между матчами, чем удивляли местных наблюдателей. Зачем, если завтра игра под крышей?

Помимо самой конструкции игровых площадок, поражало искусственное покрытие мини-полей. В одном городе это был синтетический ковер типа «палас», в другом «зеленая, зеленая трава», почти как в знаменитой песне, только из какого-то чудо-материала. Поразительно, но, не имея опыта подобных турниров, парни из СССР победно завершили все три встречи, и лишь одну из них, в Филадельфии, — с минимальной разницей в нашу пользу 3:2. Сборную звезд НАСЛ обыграли в Торонто со счетом 8:4, а Сент-Луис и того больше - одиннадцать забитых против четырех пропущенных!
Матчи с участием ЦСКА собирали небывалое количество любителей мини-футбола — в среднем одиннадцать тысяч, что даже для Северной Америки считалось прекрасным показателем. Устроители турнира, естественно, хорошо заработали на этом деле и, несмотря на отрицательный для американских команд итог встреч, остались полностью удовлетворенными. Заокеанская спортивная пресса также очень благожелательно отзывалась о нашей команде и о турнире в целом. Самые яркие впечатления у средств массовой информации и специалистов остались от игры Владимира Астаповского и Вильгельма Теллингера.
«Америка справа и слева» — замечательное повествование Бориса Стрельникова и Ильи Шатуновского о заокеанской стране будоражило мое детско-юношеское воображение. Хоть и «идеологически выдержанным» было чтиво, но можно было пытаться читать между строк, да и просто читать, не успевая переводить дух.
Возможно, и у наших армейцев перехватывало дыхание при виде небоскребов, длиннющих лимузинов, неоновой рекламы и сумасшедшего американского ритма жизни. Широко ли открытыми глазами смотрели наши люди на все это западное «безобразие» или делали вид, что образ капиталистического благополучия нисколько не задевает чувства советских граждан, но, безусловно, эта поездка в далеком 1974 году сохранилась в памяти у всех членов делегации на всю оставшуюся жизнь

============================

Беззастенчиво украдено у Андрея Тепло. Но я у него спрашивал разрешение ещё в прошлом году на использование его публикаций для распространения хорошей футбольной прозы. Андрюша был не против.


Сообщение отредактировал Scharakon-88: 11 September 2019 - 08:47

  • 1

#322 Scharakon-88

Scharakon-88

    МС

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1407 сообщений

Отправлено 13 September 2019 - 06:32

Суровые были времена ! Или сейчас тоже не помиловали бы ?

Не самая славная футбольная годовщина : 13 сентября 1995 года после футбольного матча ЛЧ «Динамо Киев» — «Панатинаикос» испанский судья Лопес Ньето обвинил киевлян в попытке подкупа арбитров, после чего «Динамо» было отстранено от еврокубков на три года.


  • 0

#323 Scharakon-88

Scharakon-88

    МС

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPip
  • 1407 сообщений

Отправлено 12 October 2019 - 09:32

Очередное посещение Вени нашими болельщиками :

Мы на севере Москвы. Ищем нужный дом по улице Коптевская. Вот она, ничем не приметная пятиэтажка, где и живет Вениамин Мандрыкин. С каждым лестничным пролетом наши головы все сильнее кружит аромат свежеиспеченных пирожков.Нас встречает Надежда Михайловна, мама Вениамина. От ее улыбки сразу становится тепло, и мы понимаем, что в этом доме всегда рады гостям. Мы думали, что интервью займет не более 40 минут, но за воспоминаниями Вениамина и фирменными угощениями Надежды Михайловны даже не заметили, как пролетело без малого два часа.

– Вы родились в Оренбурге, но очень скоро ваша семья переехала во Владикавказ.

 – Мой отец родом из Краснодарского края, город Кропоткин. После учебы он переехал в Оренбург, где и познакомился с моей матерью. Отец всегда очень любил горы, да и вообще природу Кавказа, и поэтому в 1982 году семья переехала в Северную Осетию. Каждый раз, когда у него спрашивали о причинах переезда, он расхваливал климат и говорил: «Лучше Северный Кавказ, чем Южный Урал».

 

– Отец не только сам ходил в горы, но и вас брал с собой?

– Да, он обожал эти горные походы. Уже с пяти лет брал меня с собой. Он заранее разрабатывал маршруты так, чтобы по световому дню мы успевали преодолеть какой-нибудь хребет и вернуться домой.

И вот мы поднимаемся в горы, а я уже устал и начинаю жаловаться, что больше не могу идти. А отец говорит, что нельзя останавливаться, хотя бы медленно, но надо идти. Потому что если не успеем до темноты, то это очень опасно. Кроме того, вечером становилось довольно холодно, в горах много шакалов. Я уже чуть не плачу: «А можно на карачках идти?». «Как угодно. Главное, всегда двигайся вперед!». И вот я на четвереньках, из последних сил шел за ним. Это очень сильно закаляло характер, – рассказывает Мандрыкин.

В этот момент, от резкого порыва ветра, громко хлопает оконная створка, и Вениамин заботливо интересуется, не холодно ли нам: «Может попросить маму, чтобы заварила чай?» Мы вежливо отказываемся, но уже спустя пару минут Надежда Михайловна накрывает стол. Фрукты, конфеты, вкуснейший вишневый компот и, причина наших терзаний последних минут – домашние беляши по собственному рецепту Надежды Михайловны.

– А помню, однажды мы поднялись на хребет, а там на площадке стоит стол со скамейками и рядом крест. Отец объяснял, что в этом месте человек сорвался в обрыв и разбился. И вот специально, чтобы путник мог отдохнуть, перекусить и помянуть погибшего, сделали такую площадку.

– Страшно в горах?  

– Очень страшно. Я больше всего боялся подойти к обрыву и посмотреть вниз. А однажды мы забрались так высоко, что дошли до снега. И я так удивлялся – лето в самом разгаре, а у меня снег под ногами!

 

– Потрясающие ощущения!

– Да. Но после распада Советского Союза мы перестали ходить в горы. В 1992 году началась война с Ингушетией (Осетино-Ингушский конфликт), и в горах стало очень опасно.

– А как вообще жилось мальчику из русской семьи на Кавказе? Случались конфликты на национальной почве?

– До распада Советского Союза не было вообще никаких проблем. А вот потом повсюду начались сепаратистские настроения, национализм. Я вот даже помню, как говорили, что создадим сборную Северной Осетии по футболу.

– Вы и ваша семья ощутили на себе подобные настроения?

– Мы на тот момент уже 10 лет как жили в Осетии и воспринимались как свои. В команде ребята тоже относились нормально. Но, на самом деле, в девяностые не было ни своих, ни чужих. Местные бандиты, ребята постарше с твоего же района, могли залезть в твой дом и не пощадить никого из-за тысячи долларов. Из-за 50-100 долларов грабили и убивали прямо на улице. И так было по всей стране, не только на Кавказе. Ну, может, на Кавказе чуть более выражено.

– Как вы попали в футбол?

– На Кавказе два главных вида спорта – борьба и футбол. В борьбу меня особо не тянуло. Пошел с ребятами за компанию в футбольную секцию.

– И сразу заиграли в воротах?

– Нет, конечно. Все мальчишки мечтают быть нападающими, забивать голы. Вот и меня больше тянуло к чужим воротам. Но однажды наш вратарь травмировался, и тренер поставил меня в раму. А я уже тогда выделялся ростом. Ну и как-то с первых же игр стало хорошо получаться. Но потом я перестал ходить в секцию.

– Почему?

– Жизнь подростка состоит из учебы в школе и свободного времени. Когда в моей жизни появился футбол, автоматически стало меньше свободного времени. А мы с друзьями в свободное от учебы время уже стали зарабатывать деньги. Покупали жвачку, шоколадки. Приходили в школу королями, угощали девчонок. А футбол никаких дивидендов не приносил, к тому же отнимал драгоценное время.

– И как же подросткам удавалось заработать деньги?

– Как говорится, голь на выдумку хитра. Вот и мы находили возможности. Не подумайте, ничего противозаконного.

– И как же состоялось ваше возвращение в футбол?

– Валерий Викторович Горохов, главный тренер спортшколы «Спартак», пришел ко мне домой и предложил играть в его команде. Я стал отнекиваться, говорить, что только недавно вышел из больницы. А он говорит: «У нас через неделю турнир в Москве, а летом в Америку летим». Я такой думаю, ну ладно, вот съезжу в Америку и потом точно брошу футбол. Потренировался с командой три тренировки, и он меня сразу в основной состав поставил. Съездили в Москву, я все игры отыграл. Все благодаря тренеру. Вообще, главное для вратаря – доверие тренера. И я считаю, чтобы вратарь хорошо выполнял свою работу, он должен играть каждый матч. Нельзя дергать вратаря. Или вот в некоторых чемпионатах есть такая практика, что еврокубки играет один голкипер, а матчи внутреннего чемпионата другой. Считаю, что это неправильно, плохо для команды.

– Первый ваш профессиональный клуб – владикавказская «Алания», один из лидеров российского футбола середины девяностых.

– Все мальчишки мечтали попасть в «Аланию». Помню как по юношам, мы подавали мячи во время игр. Сейчас их модно называть болбоями, а тогда говорили просто – «обслуживание». После пары лет в дубле Валерий Газзаев позвал меня в основной состав. Первую игру за основу провел в конце 1998 года, на 77-й минуте заменил Юрия Афанасенко. Мы тогда победили 3:0.

– Основным вратарем той «Алании» был Заур Хапов. Вы быстро нашли общий язык, учитывая 17 лет разницы в возрасте?

– Да мы же с ним жили в одном номере. Заур прекрасный вратарь и отличный человек. Никогда не смотрел на меня свысока, постоянно подсказывал по игровым моментам..

– 25 сентября этого года в 1/16 финала играли «Алания» и ЦСКА. Смотрели этот матч?

– Да, и переживал за обе команды. Здорово, что в Осетию возвращается большой футбол. Приятно было видеть полные трибуны.

- В вашей карьере есть удивительный эпизод – 9 сентября 2000 года, матч «Черноморец» – «Алания» . В последние 20 минут вы отражаете 2 пенальти от разных игроков. Удача, вратарское мастерство или просто стечение обстоятельств?

– Во время пенальти все вратари гадают. А там уже как пробьет соперник. Единственное, что может сделать голкипер – постараться какими-то движениями убедить бьющего пробить в тот угол, куда вратарь собрался прыгать. Но все равно нападающие, как правило, даже не смотрят на вратаря перед ударом. Самая большая ошибка бьющего – в момент разбега поменять решение, куда он будет бить.А еще меня веселит, когда комментаторы говорят, что при пенальти вратарю надо играть по мячу, то есть реагировать сразу после удара. Ну это смешно. Даже если вы не очень разбираетесь в футболе, то хотя бы физику изучайте. Давно доказано, что человеческая реакция не позволит отбить удар, если мяч летит с приличной скоростью более чем на метр в сторону от вратаря.

– Один из лучших ваших матчей в карьере – игра за первый Суперкубок России против «Локомотива», 8 марта 2003 года.

– Мы очень хотели победить в том матче, завоевать трофей. Вели в счете, но за 10 минут до конца основного времени «Локомотив» сравнял счет.

– Я помню тот гол. Лоськов головой пробил в упор, казалось, наверняка. Но вы непостижимым образом потащили тот мяч.

– Да, Лоськов ударил сильно и с близкого расстояния. Пришлось буквально выгребать мяч, чтобы он не пересек линию ворот. Но первым на добивании был Руслан Пименов, и там уже не было шансов.

– Пименов забил вам и в послематчевой серии пенальти.

– Мы хорошо начали ту серию. Я отбил удары Измайлова и Лоськова, а между ними Лекхето пробил мимо ворот.

– И вот четвертым у «Локомотива» идет бить Пименов, и исполняет «паненку». Со стороны смотрелось очень дерзко.

– Мы с Русланом хорошие друзья. Он мне потом рассказывал: «Тебе до этого три не забили! Я иду к  точке, и понятия не имею, куда буду бить. Думаю, куда бы ни ударил, ты все равно потащишь. Вот и решил пробить по центру, на удачу. В итоге «Локомотив» победил. Одно из самых обидных поражений в моей карьере.

- вы оказались в ЦСКА. В том сезоне феноменальную игру показывал Сергей Перхун – 13 матчей, всего 6 пропущенных мячей. И вот этот страшный день, 18 августа 2001 года, матч «Анжи» – ЦСКА. Было ощущение в момент столкновения вратаря с Будуном Будуновым, что произошло что-то страшное? – За это почти 20 лет я уже сто раз рассказывал: не было никакого особенного ощущения. Такие стыки бывают очень часто. За «Аланию» на сборах в 2000 году играли против «Динамо» Минск. Точно так же столкнулся с соперником. Наложили 3 шва и все. А у Сергея вот как все обернулось.

– Это был ваш дебют в составе армейцев, верно?

– Да, – сухим и мрачным голосом ответил Мандрыкин.

– Сергея Перхуна не стало через 10 дней. Была гражданская панихида в Москве, потом прощание в родном Днепропетровске. Команда была на этих церемониях?

– Конечно. Вся команда была на прощании в Москве. После этого я, и еще несколько человек уехали на сборы в молодежную сборную. Нам предстоял матч против французов. А все остальные ребята были и в Днепропетровске.

– Главный тренер ЦСКА Павел Садырин на тот момент был тяжело болен. Эта трагическая новость окончательно подкосила его?

– Да, после этого он совсем сдал. Прежде он еще ездил каждые 2 недели в Германию на терапию, а вот после смерти Перхуна практически перестал бороться. Кто-то из ребят рассказывал, как Садырин произнес фразу: «У меня он (Перхун) уже третий»

 Третий?

– Ну да. Третий погибший игрок ЦСКА. В 1991 году в автокатастрофе разбился Михаил Еремин, 23-летний вратарь армейцев. Умер в больнице, спустя неделю пребывания в коме. В 1997-м от сердечно-сосудистой недостаточности прямо в своей квартире умер Сергей Мамчур, проведший за ЦСКА более 100 игр. Он, кстати, как и Перхун, родом из Днепропетровска. Во все эти периоды Павел Федорович был главным тренером армейцев.

– Один из первых матчей за ЦСКА вы провели в Саранске. Игра  1/16 финала Кубка России против местной «Светотехники» (нынешняя «Мордовия»). Писали, что после матча автобус команды гостей забросали камнями, разбили окна.

– Да это тогда обычное дело было на выездах. Все друг друга ненавидели, а москвичей – особенно сильно. Гостевые команды попадали под жесточайший прессинг как на стадионе, так и за его пределами.

– Самый большой успех в истории клуба к армейцам пришел в 2005 году, тоже фактически в выездном матче. На домашнем для «Спортинга» стадионе ЦСКА смог добиться волевой победы и завоевать Кубок УЕФА в 2005. Пили шампанское из кубка?

– Пили, но немного. Оказалось невкусное, но традиции-то надо соблюдать, поэтому пригубили слегка. Весь обратный перелет в Москву как дети радовались победе, по сто раз фотографировались с кубком, ну и позволил себе: кто шампанское, кто пиво.

В ночь с 9 на 10 октября 2010 года в Брянске, Вениамин Мандрыкин, тогда выступавший за местное «Динамо», на своем Porsche Cayenne попал в страшную аварию, которая разделила его жизнь на «до и «после».

– В машине кроме меня находились мои друзья, футболисты «Динамо», Максим Федоров и Марат Магкеев, и еще две девушки. Я сразу потерял сознание. А Марат (он вытаскивал меня из машины) рассказывал, что я пару раз приходил в себя и спрашивал: все ли живы? Для меня это было самое главное. И уже потом, когда меня вывели из комы, я в первую очередь поинтересовался здоровьем всех ребят, что были в машине. Потому что если бы кто-то погиб по моей вине, я бы не смог с этим жить. 

– Вы пробыли в коме 1,5 месяца

– Это медикаментозная кома. То есть человека специально вводят в такое состояние, чтобы организму было легче бороться с последствиями травм. У меня было такое ощущение, будто сон смешивается с реальностью. Когда я иногда приходил в себя, я словно слышал разговоры врачей. Мне казалось, что они между собой переговариваются, что, мол, я скоро умру, и они заберут мои органы. А я знал, что у нас в стране действует презумпция согласия (презумпция согласия на посмертное донорство подразумевает, что в случае смерти или неизлечимой травмы, каждый человек в России считается согласным на изъятие органов для пересадки, кроме случаев когда человек еще при жизни выразил несогласие в изъятии органов, либо об этом заявили родственники умершего – прим. Sports.ru). И вот мне хотелось закричать: «Я жив! Я еще жив!». Но я боялся, что тогда врачи точно заберут у меня органы. И тогда я подумал, что вот придет мама, и я ей тихонько скажу, что я еще жив, и что не хочу, чтобы у меня органы забирали. Мама-то никогда не предаст! 

– После комы как быстро пришло осознание всей серьезности ситуации?

– Очнулся, врачи рассказали и о диагнозе и о последствиях. Сказали: что сможет восстановиться в первые три года, то и останется на том же уровне. После этих трех лет прогресс невозможен. Так и оказалось. В первые годы я активно занимался реабилитацией, постоянно бывал в больнице. Действительно удалось добиться значительных изменений. В первую очередь я вновь научился самостоятельно дышать.

Меня ведь из больницы хотели выписывать на искусственной вентиляции легких. Но организм молодой, натренированный, удалось выжать максимум из тяжелейшего состояния первых месяцев.

– Что еще было особенно важно в плане восстановления?

– То, что восстановилась чувствительность рук. Мелкая моторика отсутствует, но элементарно двигать руками я могу, и это очень важно.

 – Вы так спокойно говорите страшные вещи.

– Это вы считаете страшным? Вот побывали бы в реабилитационных центрах, тогда бы увидели что такое страшные вещи. У меня травма четвертого шейного позвонка. Двух одинаковых травм позвоночника не бывает. А чем выше травма, тем тяжелее состояние и, соответственно, меньше шансов на какое-либо восстановление.

– И все равно эти реабилитационные центры полны людей, надеющихся восстановиться.

– Очень часто слышал, как человеку говорили «Старайся, занимайся, и ты сможешь восстановиться, сможешь ходить». И мне такое говорили. Я в таких случаях сразу обрубаю: «Вы что творите? Зачем даете человеку надежду?». Знаете, сколько в реабилитационных центрах людей которые пытаются покончить с собой?! Режут вены, глотают таблетки, у кого состояние позволяет – выбрасываются из окна.

– Объясните?

– Меня обследовал академик Александр Коновалов. Знаете такого?

– Слышали...

– Слышали.. (Вениамин усмехается). Да это величайший нейрохирург! Светило! Ему 85 лет, а он до сих пор практикует!. В мире, дай Бог, найдется еще пара человек, сопоставимых с ним по уровню. А он очень футбол любит. И во время обхода всегда подходил ко мне, интересовался здоровьем, шутил. А я тогда вообще без движений лежал. И вот после МРТ и других обследований  он мне сказал: «Ну, чуть-чуть могут руки восстановиться, сможешь шею поворачивать». Все, мне больше никакого другого мнения не надо было. 

 Уже почти 9 лет прошло с момента аварии, но Вениамин давно научился воспринимать жизнь по-новому.

– Когда с человеком случается такое, начинаешь по новому смотреть на многие вещи, ценить то, чему раньше не придавал большого значения. Для меня сейчас главное, чтобы сыновья получили хорошее образование и выросли достойными людьми.

– Дети родились еще в Осетии?

– В Москве, уже играл в ЦСКА тогда. Но во Владикавказе они были неоднократно.

– А вы сами бывали в Оренбурге с тех пор, как уехали оттуда совсем ребенком?

– Нет, не пришлось. В годы карьеры, все было некогда, думал, потом съезжу.

Но в то время Оренбург же не был представлен в Премьер-лиге, а в Кубке тоже ни разу не попадал моим командам – так и не довелось мне побывать на родине.

– В вашем доме часто бывают гости?

– Вот не так давно приходили болельщики ЦСКА, поздравляли с Днем рождения. Принесли подарки, красивейший торт с символикой ЦСКА. Посидели, попили чайку, пообщались. На День рождения принято желать здоровья, а ребята кроме этого еще пожелали, чтобы я однажды побывал на новом стадионе ЦСКА. Сказали, что все организационные вопросы берут на себя.

– Как здорово! Вы согласились?

– Я вежливо ответил, что и сам бы этого хотел. Я ведь помню, как мы с парнями в команде ждали этого события, так хотелось играть на своем стадионе. Но желание это одно, а реалии – другое. Это был бы огромный стресс для организма. Нет, ни к чему это… Я и у телевизора хорошо поддерживаю армейцев, смотрю все  матчи.

– Извините, что так надолго засиделись.

– Ну что вы! Да хоть каждый день приходите, правда. И я, и мама всегда рады гостям. Только заранее предупредите. Чтобы мама к вашему приходу беляши приготовила.


Сообщение отредактировал Scharakon-88: 12 October 2019 - 09:33

  • 0

#324 vlad-61

vlad-61

    ТАГАНРОГ - город ПЕТРА ВЕЛИКОГО

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 38172 сообщений

Отправлено 14 October 2019 - 03:53

14 октября 1945 года произошло триумфальное событие — ЦДКА выиграл первый трофей в своей истории. Обыграв в финале динамовцев столицы со счетом 2:1, армейцы стали обладателями Кубка СССР.

 

Путь к финалу:

1/16  финала

25.09.1945. ЦДКА — ВВС (Москва) 3:0

⅛ финала

30.09.1945. ЦДКА — Крылья Советов (Москва) 5:1 (2:1)

¼ финала

05.10.1945. ЦДКА — Динамо (Тбилиси) 1:0 (0:0)

½ финала

09.10.1945. ЦДКА — Зенит (Ленинград) 7:0 (2:0)

Финал

14.10.1945. ЦДКА — Динамо (Москва) 2:1 (1:1)

 

Москва. Стадион «Динамо». 65 000 зрителей.
Судья: Э. Саар (Таллин).

ЦДКА: Владимир НиканоровГригорий ТучковИван КочетковАлександр Прохоров,Александр ВиноградовБорис АфанасьевАлексей ГрининВалентин НиколаевГригорий ФедотовВсеволод БобровВладимир Демин.

Тренер — Борис Аркадьев.

«Динамо»: Хомич, Радикорский, Семичастный, Станкевич, Блинков, Л. Соловьев, Трофимов,Карцев, Бесков, Дементьев, С. Соловьев. 
Тренер — Михаил Якушин.

 

Голы: 0:1 С. Соловьев (9), 1:1 Николаев (45), 2:1 Виноградов (65).
Нереализованный пенальти: Л. Соловьев («Динамо»), 55 (штанга).

 

625e0be67f61.jpg

 

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.12.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.14.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.7.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.9.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.10.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.15.jpg

 

1945-10-14.CDKA-DinamoM.2.jpg


  • 1

#325 vlad-61

vlad-61

    ТАГАНРОГ - город ПЕТРА ВЕЛИКОГО

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 38172 сообщений

Отправлено 17 October 2019 - 04:31

СТРАНИЧКА МЕМУАРОВ...

 

 

 

 

 

«В раздевалку зашли люди и начали бить ребят».

Правда о футболе 1990-х и 2000-х

Море историй – смешных, грустных, страшных – от бывшего капитана ЦСКА. Лихие 90-е и смутные 2000-е – во всей красе.

 

Необязательно родиться в Москве, расти и всю жизнь отыграть за ЦСКА, чтобы удостоиться статуса легенды клуба. Казанец Евгений Варламов сделал имя в Набережных Челнах, но в памяти болельщиков прочно ассоциируется с красно-синими цветами. Сроднился уже с ними: капитанил в команде на стыке столетий и вот уже 10 лет тренирует ребятню на «Октябре».


7473733.jpg

 

 

 

Варламов Евгений Владимирович
Родился 25 июля 1975 года в Казани. Защитник.
Играл за команды: «Волна» Казань (1991), «Идель» Казань (1992), «КАМАЗ» Набережные Челны (1993-1997), ЦСКА Москва (1998-2002), «Черноморец» Новороссийск (2003), «Кубань» Краснодар (2004), «Металлист» Харьков (2005), «Терек» Грозный (2006-2007).
В составе сборной России провёл 10 матчей, забил 1 гол. За олимпийскую сборную России сыграл 2 матча.
Достижения: серебряный призёр чемпионата России (1998, 2002), бронзовый призёр (1999), обладатель Кубка России (2002), финалист Кубка России (2000).
Тренер в Академии ЦСКА (с 2009 года).

 

 



 

 

Накануне нашей встречи 13-летние «варламовцы» в финале Кубка Москвы по пенальти победили самого принципиального, красно-белого, соперника. С актуального и начали.

— Эмоции после такой победы сопоставимы с ощущениями из прошлой, игровой, жизни?
— Когда находишься на поле, всё чувствуется по-другому. У футболиста больше физической нагрузки, у тренера – эмоциональной. Но побеждать всегда приятно – тем более «Спартак». Настрой у мальчишек был сумасшедший – как на Лигу чемпионов у взрослых. Теперь эти эмоции нужно заново собрать и двигаться дальше. За четыре тура до конца первенства города идём на первом месте, но по потерянным очкам – пока вторые. Задача – выиграть все оставшиеся матчи, включая дерби в Сокольниках.

— Вы много лет работаете с детьми в ЦСКА. Нашли своё предназначение?
— Мне нравится моя работа. Если тренер думающий, анализирующий, коммуникабельный — быстро найдёт подход к любому возрасту. У меня уже был 1994 год рождения, 1999-й, 2001-й. Сейчас – 2006-й. Каждую команду ведёшь 2-3 года, и с каждой мне интересно.

— Тренировать взрослых не тянет? Как же амбиции, честолюбие?
— Я уже спокойно отношусь к таким вещам. Я детей всегда любил и люблю. Дома пять девчонок, не считая жены с тёщей. В школе – 20 пацанов. Пока игроком мотался по городам и сёлам, многое пропустил. Коробило, что дочки меняются, растут, а я этого даже не вижу. В последние 12 лет навёрстываю упущенное. Девчонки обуты, одеты, учатся, добиваются успехов в спорте.


15700521081736010407.jpg

 

 

— Серьёзных?
— Старшая, Вероника, чемпионка Европы U18 по баскетболу и чемпионка мира в стритболе 3 на 3 (U22). Вторая, Настя, мастер спорта по стрельбе из лука. Четвёртая два года конькобежным спортом занимается. Младшую, ей всего четыре года, в плавание думаем отдать. Только одна дочь не в спорте – в художественную школу ходит, хочет поступать в театральное училище.

— А из футболистов-воспитанников кто сейчас на виду?
— С 1994 года – Юра Бавин в «Урале». Сердеров играл за 1993-й, хотя на самом деле на год младше. Вадим Манзон, который сейчас в «Химках», после нашей академии несколько лет в Германии провёл. Из 2001 года в основе ЦСКА недавно дебютировал Максим Елеев. Тикнизяна мы заметили в питерском «Локомотиве» и убедили переехать в Москву, хотя до этого он отказал «Зениту». Делать это с каждым годом всё сложнее. Агенты копают всё глубже и глубже: заключают контракты не только с 15-16-летними – даже с 13-летними детьми. Точнее – с их родителями.

 

«Дрались команда на команду, 15 на 15»

 

 

-Начинали на серьёзном уровне вы в «КАМАЗе» начала 1990-х. Тренер той самобытной команды Валерий Четверик хвастался, что нашёл вас чуть ли не в подвале. Правда?
— Частично. Я учился в обычной казанской школе №86. Наш тренер, Александр Лаврович Клобуков, решил собрать команду из нескольких учебных заведений. Поле было, а раздевалки, тренажёрный зал, небольшой восстановительный комплекс с сауной и маленьким бассейном – оборудовали в подвальных помещениях. Мы были прикреплены к Казанскому заводу электронно-вычислительных машин (ЭВМ) – он помогал формой, деньгами. Когда подошло время выпуска, ребятам стали поступать предложения в команды из ближайших местечек. Поодиночке. Клобуков решил не спешить и дождаться такого варианта, чтобы сохранить команду по максимуму. «КАМАЗ» тогда выходил в высшую лигу, и ему понадобился фарм-клуб. Мы поехали в Челны, сыграли со вторым составом первой команды. Уступили 1:2, но выглядели достойно. И тогда Валерий Васильевич (Четверик. – Прим. «Чемпионата») согласился взять нашу «Волну» под свою опеку.


 

 

 

— А что за команда «Идель» в вашем досье?
— Александр Лаврович решил, что 16-17-летним пацанам пора пободаться с мужиками, и заявил нас на вторую лигу по Татарстану. Назвались «Идель» — Волга в переводе с татарского. Заняли то ли предпоследнее, то ли последнее место, но это было не важно. Нам нужно было потолкаться со взрослыми, почувствовать интенсивность мужского футбола, и мы этот опыт приобрели.

— Мужики не церемонились с молодняком?
— А вы как думаете? Они за деньги играли, а мы – за фантики, за копейки. Против нас и судей заряжали – всё прошли. В глаза говорили: «Вы здесь не выиграете, пацаны, успокойтесь». Но тот год стал переломным для нас: окунулись в самый низ и на себе прочувствовали весь негатив, который есть в нашем футболе.

— Есть ещё примеры?
— Дрались, нередко команда на команду, 15 на 15. В Новый Афон ездили на турнир каждую осень и весну. Естественно, приезжали джигиты – из Махачкалы, Абхазии. Если в игре недомолвки возникали – разбирались возле гостиницы, в которой все вместе и жили. На кулаках. Самое интересное, что после этих драк мы дружили! Это была своего рода проверка: мужчина или не мужчина.

— Так откуда формулировка «из подвала»?
— Когда Четверик приехал в Казань, официально забирать нас, пригласил родителей, познакомиться, посмотреть в глаза друг другу. Валерий Васильевич был не только главным тренером, но и президентом клуба. А где встречаться? Поставили стулья в тренажёрном зале. Отсюда и пошло «из подвала вытащил». Четверик произвёл на наших родителей самое благоприятное впечатление: он вообще очень коммуникабельный человек – уговорит любого. После этого разговора нас со спокойной душой отпустили в Челны.

— Где жили?
— В общежитии семейного типа. Внизу вахтёрша – после 21:00 гостей не пускала. С третьего по девятый этаж в подъезде проживали семейные люди – Боря Тропанец, Алимжон Рафиков, одесситы наши Вадик Зубко и Сашка Никифоров, Юркин брат. А нам, пацанам, дали трёхкомнатную – по два человека на комнату. Одну занимали мы с Русланом Нигматуллиным, другую – Марсель Тухватуллин, с которым я приехал из Казани, и Анатолий Мастров, а в третьей жильцы постоянно менялись.

— Руслан уже тогда был неординарным молодым человеком?
— Он всегда был на своей волне. Первый плеер – у него, крутые наушники – у него, мобильный телефон – у него. Каким Руслан был, таким и остался: творческая, разносторонняя личность. Компьютеры любил. Однажды просыпаюсь в 8 утра. Монитор мерцает – Руслан играет. Спрашиваю: «Ты уже сидишь?» «Я ЕЩЁ сижу», — отвечает.


1570052188899122157.jpg

 

 

— Весело.
— Помню ещё одну историю, связанную с ним. С Универсиады в Америке мы притащили мяч для американского футбола. А поскольку сотовых ещё не было, каждый вечер ходили на телеграф – домой звонить. Минут 15 пешочком. Руслан предложил: чего просто так ходить – давай что-нибудь побросаем. Так наловчились, что через полгода этой «дыней» на 50 метров передачу делали.

А вечера в общаге коротали за картами. Благодаря этому позже, в ЦСКА, в сборной, я мог поддержать за столом любую компанию. Играли на мелочь. Это взрослые за более-менее серьезные суммы рубились. Но если мы к ним попадали и проигрывали, они больше с нами не садились играть. На нас специально не наживались. Коллективы и в «КАМАЗе», и в ЦСКА были отличные.

«А давай фишечки покидаем»

— В «КАМАЗе» был один знатный игроман.
— Да, Ваня Яремчук. Любил азартные игры, девочек… Помню, перед началом сезона-1994 Четверик пообещал: займёте третье место по итогам первого круга – поедете туристами на чемпионат мира в США, всё оплачу. Мы вдохновились, всё срослось. К перерыву на паузу шли как раз третьими. И Васильич устроил нам 19-дневное турне по Америке. Побывали в семи штатах, поиграли со студентами, посетили все три матча сборной России. Заодно заехали в Лас-Вегас, на два дня.

— Рай для Яремчука?
— Ванька в своём номере вроде бы даже не ночевал и вообще не спал (смеётся). Ему даже из гостиницы никуда выходить не надо было – в Вегасе при каждом отеле свой игровой зал. Когда ни спустишься – Яремчук либо на автоматах сидит, либо за картами. В конце спросили: «Ты хоть с плюсом едешь»? «Да», — улыбается.

Я вообще шоке был, когда они с Ахриком Цвейбой в «КАМАЗе» оказались. Такие звезды, а я к тому же в Союзе именно киевскому «Динамо» симпатизировал. Причём нас даже не предупредили об их приезде. Сидим как-то после тренировки в раздевалке на стадионе. Заходит Четверик: «Встречайте». Появляется Ахрик, высокий, статный, в модном пальто до пят и шляпе. И Ваня рядом, приземистый, суетливый. Я слова не мог вымолвить от изумления — раньше-то их только по телевизору видел…

— На поле Яремчук тоже выделялся?
— Зимой на сборах в Кисловодске Четверик меня один в один с ним ставил. Ох возил же он меня первую неделю – чуть ли не между ушей мяч прокидывал. А потом ничего, попривык к его смене направления, обводке и перестал пропускать. Иван ухмыльнулся: «Смотри-ка, приспособился ко мне – надо другому тебя отдавать». Ваня – хороший, незлобный.

— Мы не так давно делали интервью с другим известным футболистом, серьёзно подсевшим на карты – вашим партнёром по ЦСКА и «Кубани» Андреем Соломатиным. Он рассказывал: «Бывало, ложишься спать, а перед глазами – тузы, вальты…»
— На летнем сборе «Кубани» в Германии Андрюха садился в автобус с компьютером –делал ставки. Поинтересовался раз: «На что ставишь?» «Чемпионат Европы по боулингу», — на полном серьёзе ответил Андрей. На всё ставил!

— В казино с ним ходили?
— Прилетели однажды в Краснодар после тура. Варёная самолётная курица уже не лезла в горло – захотелось чего-то вкусного. А семьи и у него, и у меня в Москве были тогда. Рванули в ресторан, заказали ужин, покушали. Андрюшка и говорит: «А давай фишечки покидаем». За два часа 10 тысяч долларов поднял! Я обалдел: «Такие бешеные деньги – забирай и пошли!» Соломатин упёрся: «Я два дня назад 15 проиграл, а тут фарт пошёл…» В итоге опустился до семи и разбежались.

«Ты ОПГ? А почему молодой – и в иномарке?»

 

— По легенде Четверик изумительно играл на баяне.
— В его исполнении я это не видел. А вот маму его слышал. Когда играли в Челнах, все родственники приходили на стадион. И родители Васильича вдвоём зажигали всю трибуну. Она играла, а дядя Вася, к сожалению, покойный уже (год назад ушёл, царство небесное) – пел. Все кричали, орали. В Челнах вообще любой команде приходилось тяжело, даже «Спартаку». Как только мы мяч получали, болельщики яростно гнали вперёд – рёв стоял неимоверный!

— Это тот же самый стадион, где «КАМАЗ» недавно играл со «Спартаком»?
— Он самый. В 1993 году, в первый сезон в Премьер-Лиге, он уже за полтора часа до игры заполнялся на две трети. Мы приезжали за час пятнадцать – народ уже сидел, ждал. И так продолжалось несколько лет, пока результаты не просели. В 1997-м, когда вылетали, в основном хамство уже летело в наш адрес. И людей становилось всё меньше.

— При вас Четверик с Евдокимовым дрался?
— Щелчки, толчки – разве это драка? Васильич очень эмоциональный человек. Бить не бил, но подзатыльники молодым постоянно отвешивал. По-отцовски. Подойдёт иногда, бац по загривку: «Ты чё, а ну-ка соберись!» Не скажу, что Четверик великий футбольный специалист, но мотиватор – хороший.

Помню, отыграли с Нигматуллиным за молодёжку. Крупно «влетели». Заходим расстроенные в клубный автобус – ехать на базу, готовиться к матчу первой команды. Руслан наушники натянул, музыку слушает. Проходит по салону, а Четверик комментирует: «О, идёт радист, бананы в уши засунул, патлы отрастил».

— В 1990-х Челны были криминальным городом. Там заправляла знаменитая группировка «29-й комплекс». Как это виделось со стороны?
— Так и в Казани разборки улица на улицу были в порядке вещей. Если пацан в этих делах не участвовал, считался «чмошником». А самые активные участники, наоборот, воспринимались как авторитетные ребята.

— Вы к какой категории относились?
— Я был в числе «лузеров». Я пару раз всего поучаствовал в этих разборках. Побегал, шишки заработал и понял, что кайфа в этом немного. Но потом сыграл за свою улицу в качестве футболиста, и получил свой авторитет благодаря этому. От тех, которые бегали и дрались.

— Но мы больше не про пацанские разборки, а про настоящих бандитов. Новосадов, игравший с вами в «КАМАЗе», рассказывал: заходишь в кафе, сидят братки, а из баульчиков приклады торчат.
— Всякое было. Такое время. «Эй, стоять, иди сюда» — это было обыденностью. Хотя к футболистам в целом относились хорошо. Иногда после хороших побед или в конце сезона нас приглашали в ресторан покушать. Потом давали по бутылке шампанского на четверых и отправляли щелчком по носу: мол, идите, вам пора. И мы шли обратно к себе в общежитие. А в середине 1990-х на криминал пошли регулярные облавы. Однажды я сам пострадал.

— Так.
— 1996 год, я уже поменял свою первую «девятку» на BMW и возвращался из Казани домой. Время позднее, тормозят люди в камуфляже: «Ты ОПГ?» Нет, говорю. «А почему молодой – и в иномарке?» — «Футболист». – «Досмотр машины, футболист». И то ли я что-то плохо ответил, то ли что… Короче, набежали, по тыкве настучали, ноги едва не разорвали – нужно было стоять чуть ли не в шпагате. Знаменитый «шестой отдел» тогда начал жёстко шерстить Татарстан. Ребятам всё по барабану было. А мне – обидно…

— Первую машину вам выделил клуб?
— Да, за продление контракта. И квартиру двухкомнатную уже в 19 лет дали. Завидный женишок был (улыбается). Квартира была не новая, б/ушная, но для пацана это было шедеврально.

— Так чем закончилась ваша история с шестым отделом? Отвезли в участок?
— Отпустили! Сказали напоследок: «Плохо, что ничего не нашли в машине» (улыбается). Другой случай: вышли после ужина в Тюмени из гостиницы прогуляться втроём – я, Руслан и Платон (Захарчук. – Прим. «Чемпионата»). Идём мимо ночного заведения, из машины вылетает группа захвата и нас внутрь вносит. 8 часов вечера! Пытались объяснить, что просто мимо проходили. Без толку! Настучали, шишек, синяков наставили. По лицу, естественно, не били, но бока болели. А нам играть завтра. 1990-е…

— Защитника «КАМАЗа» Югрина в итоге посадили. Отсидел 12 лет.
— Он был членом этой самой группировки, «29-го комплекса». Но деталей я не знаю.


15700875712032649888.jpg

 

 

«Иной раз пустые бутылки сдавал»

— Как завод «КАМАЗ» горел – видели?
— Нет, знаю только, что цех движков сгорел. Криминал, не криминал… Опять же 1990-е годы – всё может быть. Что случилось на самом деле, история умалчивает.

— Вас на завод водили – в глаза работягам смотреть?
— Мне больше запомнилось, как нас, 15-летних, из Казани в город-побратим Брауншвейг возили. Во время экскурсии по заводу Volkswagen у меня сложилось впечатление, что не на автомобильное предприятие попал, а в медицинский центр: чисто, аккуратно, работники в белых халатах. Не то что у нас: все замасленные, грязные… но довольные (смеётся). А когда на «КАМАЗ» приезжали, Четверик в шутку грозил: «Будете плохо играть – отправлю сюда работать».

— Зато он вас и на Универсиады возил – в 1993 году в США, в 1995-м в Японию. Почему именно «КАМАЗу» досталась такая честь?
— Валерий Васильевич знал ходы. Первые дни я ходил по Америке, как по Третьяковке – с широко раскрытыми глазами. Дешёвые, но качественные шмотки, добродушные, обеспеченные люди – поражало всё. Удивило отношение к машинам. У нас только царапинка появится – замазывали, ехали в сервис. А там по таким пустякам никто не заморачивается. Парковались бампер в бампер. Нам дали по 3 тысячи долларов – огромные деньги для молодого. Домой припёр два баула вещей – толстовки, бейсболки, носки, шорты, футболки – сёстрам, матери, друзьям. Куртки кожаные по 20 долларов пачками брали. Из Японии, естественно, технику везли – я купил микроволновку и музыкальный центр. У нас в магазине я такой только через полтора года увидел.


15701062161547065041.jpg

 

 

— Самые большие премиальные в Челнах?
— За победу над «Спартаком» в 1995-м дали около 3 тысяч долларов. Если в других матчах размер премиальных зависел от того, сколько сыграл, то в этот раз заплатили всем, неважно, 90 минут отбегал или одну. Запасным 50% полагалось – полторы тысячи. Обычно платили где-то на сборах, в международных поездках, а за «Спартак» рассчитались сразу, на базе. Эта победа еще запомнилась реакцией Четверика. «Ну вот, я всё сделал: команду до высшей лиги довёл, «Спартак» обыграл», — радовался он после матча.

— Романцев жаловался, что на выезде против его «Спартака» футболисты часто играли в металлических шипах. Это им как раз и помогало.
— Было, правда. В первых весенних турах для обогрева поля из аэропорта пригоняли воздушные пушки. Верхний слой газона вроде нормальный, сухой, но мы знали, что на полсантиметра-сантиметр глубже уже лёд. Поэтому закручивали в подошву шурупы, плоскогубцами откусывали шляпку. Бегаешь как на когтях: цок-цок. Тогда судьи на это не смотрели – позже стали рукой проводить по шипам – нет ли шурупов.

— Так же человеку можно ногу разорвать.
— Можно. Но при мне диких историй с травмами не было.

— Когда в Челнах начались перебои с деньгами, долго не платили?
— Шесть месяцев. В 1994-м ещё всё было хорошо, а с 1995-го начались перебои. Платили всё реже и реже. Хорошую, качественную еду ели раз в день – после тренировки кормили в ресторане. Всё остальное время – перекусы. Из дома на базу тащили соленья, варенья, сгущёнку, хлеб. Но я с теплотой вспоминаю Челны. Это была большая школа жизни. За пять лет я познал и роскошь, и бедность. Было время, денег в кармане на автомобиль хватило бы, а иной раз пустые бутылки сдавал.

— В прямом смысле слова?
— По улицам не собирал, но свои бутылочки сдавал. Знал, где находится ближайший приём стеклотары. Экономил на всём. Жили на зарплату жены. У неё в сумме с ночными дежурствами в больнице что-то около 2 тысяч рублей набегало. С женой, кстати, интересно познакомился.

— Как?
— Одноклубник Саша Горбачёв (сейчас тренирует в Брянске) лежал в больнице. При уколе в ахиллово сухожилие ему занесли инфекцию. В течение нескольких недель чистили ахилл – сложный, болезненный процесс. Пришёл к нему на свиданку, а встретил будущую жену. Оля медсестрой там работала. Потом Четверик в той же клинике лечился. Познакомившись с Ольгой, спросил у меня: «Ну и чего ты ждёшь? Что тебе ещё нужно?»


«Мишке Джишкариани голову разбили, Эдику Югрину челюсть сломали»

— Из-за чего у вас испортились отношения с Четвериком?
— Мерзкая история. Конец сезона-1996, мы стоим на вылет. Перед игрой в Екатеринбурге Четверик пригласил людей, чтобы они заинтересовали соперников. Но что-то у них не получилось. И эти ребята тогда решили замотивировать уже нас. Словами. Но мы проиграли, и нас решили наказать. Зашли в раздевалку – и началось.

— Что?
— Угрозы, потом рукоприкладство. Многие из раздевалки ушли, а тех, кто не успел, закрыли и избили. Мишке Джишкариани разбили голову, Эдику Югрину сломали челюсть.

— Вам тоже прилетело?
— Я в этот момент был в автобусе. Хотел выскочить, но мне сказали: «Не лезь, сиди здесь».

— Кто-то за это понёс наказание?
— У Четверика были проблемы с милицией – в отделение вызывали неоднократно. Давал показания: почему, зачем, кто, за что. Не могу утверждать, что это были его люди, но как главный тренер, президент клуба Четверик нёс ответственность за всё, что происходит в раздевалке. Он мог это пресечь или разрешить. Что было на самом деле, разбирались наверху. Только позже, в ЦСКА, мы расставили точки над i.

— Каким образом?
— Поговорили по-мужски. Я у него прямо спросил: «Почему вы нас подставили?».

— Что Четверик?
— Извинялся…

«Людей из ЦСКА на сутки закрыли в КПЗ»

— Ваш переход из «КАМАЗа» в ЦСКА, кажется, сопровождала детективная история.
— Ага. У меня был действующий контракт с «КАМАЗом», и отпускать меня в Москву не хотели. Тогда в Челны тайно прибыли начальник ЦСКА Коробочка и скаут Крисевич. Сходили на футбол, приехали к нам домой. Мне-то интересно попробовать – Ольга не хотела уезжать. Она же челнинская, недавно женились, дочка родилась. Но Коробочка с Крисевичем её кое-как уговорили и вернулись в гостиницу. В «КАМАЗе» о незваных гостях узнали и решили выдворить из города. Подключили связи в милиции.

— И?
— На сутки закрыли обоих в КПЗ! «До выяснения личности». До сих пор смеёмся с Коробочкой над этим случаем. А тогда им было не до смеха. По дороге в аэропорт после освобождения они снова заглянули ко мне: «Уезжаем злые, но тебя ждём».

— Что было потом?
— После тренировки меня вызвали к Алтухову, президенту клуба, и предупредили: «В ситуацию не лезь – играй, разберёмся». Позже узнал, что ЦСКА меня выкупил – если не ошибаюсь, за 250 тысяч долларов. Считай, три «КАМАЗа» (улыбается). Я поехал в Москву и заключил контракт.

— Тот же Крисевич рассказал про условия, которые вы получили в ЦСКА: 50 тысяч долларов подъёмных, четырёхкомнатная квартира и машина. Всё так?
— Я получил только подъёмные — на них и купил машину. Сумма верная. Про квартиру неправда – в первый год у меня было съёмное жильё, которое сам оплачивал. Через год должны были дать «трёшку», но мне не подошёл район. Предлагали в районе Автозаводской, а мне был очень симпатичен Сокол, где я снимал квартиру. В итоге я взял деньгами – по 20 тысяч за комнату. Ещё столько же добавил и приобрёл жильё на Соколе.

— Если не ошибаемся, вас перед переходом в ЦСКА пытался перехватить «Ротор».
— В 1997 году много было предложений. От «Ротора» в том числе. Я ездил в Волгоград, разговаривал с Горюновым и Прокопенко. В финансовом отношении «Ротор» предлагал в разы меньше, но в принципе я и туда готов был перейти. Для меня важен был комфорт жены с ребёнком – без них никуда не сорвался бы. Когда Коробочка с Крисевичем об этом узнали – начали обрабатывать Ольгу (улыбается).

«Думали, в детский сад попали»

— Олег Корнаухов в интервью «Чемпионату» рассказывал, что в ЦСКА в момент вашего прихода было несколько группок: питерские, московские, новички.
— Мы, приезжие, были ближе к питерским. Понимаю обиду москвичей: кого-то из них убрали, других привели. Кто знал Варламова? Или Серёгу Филиппенкова? Но на поле трения в быту не переносились. А вообще для меня Андрей Новосадов был своего рода проводником в ЦСКА.

— Какие воспоминания остались о прежнем владельце клуба Русламбеке Хусаинове?
— Я видел его два раза в жизни.

— «Ещё раз так сыграете – поедете в горы к Басаеву воевать» — его слова?
— То, что там говорилось, мне фиолетово было. Внутренне смеялся над угрозами. В Казани, в Татарстане, думаете, иначе было? Я с десяти лет слышал: «Выиграете – в лес вывезем». Самое главное – я был честен перед собой.

— Президента ЦСКА Дадаханова многие, напротив, с теплотой вспоминают.
— Улыбчивый, немногословный, но чёткий человек. Последний раз видел его лет шесть назад в Ватутинках, где с детьми проводил сбор. Он там жил одно время. Шахруди проезжал мимо, остановился, смешно так – он же невысокого роста – выпрыгнул из своего огромного Chevrolet Tahoe: «Привет!»

Листая фотоальбом Евгения, внезапно натыкаемся на раритетное фото: будущий капитан «Спартака» — рядом с бывшим капитаном ЦСКА. Глушаков!


1570056054512613702.jpg

 

 

— Когда узнали, что за пацан рядом стоял?
— А это Глушаков, что ли?! Обалдеть. Никогда не присматривался. Спасибо, что обратили внимание.

— Как вам удалось в 1998-м так быстро перестроиться на инновационную для российского футбола схему Долматова?
— А я уже играл по ней, даже не догадываясь об этом – у Зелькявичюса в «КАМАЗе». Он на словах пытался донести до нас принципы зонной игры, а Долматов выстраивал команду цепочкой, на расстоянии 7-10 метров друг от друга, и мы отрабатывали манёвры – сначала пешком, потом бегом без сопротивления и, наконец, с сопротивлением. Думали, в детский сад попали, а когда результат пошёл, сами стали удовольствие получать, кайфовать от своих действий и действий партнёров.

— Догадывались, что в той знаменитой серии не только новая модель сыграла свою роль, но и сопутствующие факторы?
— На нас никто не рассчитывал – думали, всё, команда затухла. А мы, как тёмная лошадка, выскочили с предпоследнего места. Многие игры на жилах вытащили, выгрызли, не жалея себя. Когда туров за пять до конца запахло серебром – тогда да, включились все.

— Про заключительную игру в Ярославле говорили разное.
— Нам тоже сказали: всё будет хорошо. Только я этого не прочувствовал! «Шинник» несётся, бьётся. Я у Серёги Серебренникова, которого немного знал лично, спросил тогда: «Вы чего?» А он в ответ: «Ничего не знаю». Я в подкатах пластался, растяжение связок получил – замораживали каждые 15 минут. Еле выиграли!

«Семак психанул: «Выводить команду не буду»

— Со временем пришло понимание, что стряслось в Мольде 20 лет назад? Это же самое трагичное поражение ЦСКА вашей эпохи.
— Я был уверен, что после 2:0 дома не проиграем. Тогда перед этой игрой нам организовали товарищеский матч с «Дерби Каунти», но я его пропустил – залечивал приводящую мышцу. Тем не менее уже после первого тайма в Норвегии почувствовал, что полностью иссяк. Меня просто не хватило на весь матч – моя вина, что не подготовился на 100 процентов. Не те препараты применял, которые следовало. Колол неотоны, а это было не нужно. Плюс удаление Марека Холли. Соперник полетел, мы оголили фланги – и с этих флангов начало залетать всё: головой, с добивания… После «Мольде» нам всем было очень хреново. Очень. Сейчас, уже как тренер, понимаю: многое в подготовке было сделано неправильно, многое можно было изменить.

— Что конкретно?
— Второй тайм нужно было по-другому играть. Вместо того чтобы обороняться и ловить их на контратаках, мы побежали забивать. Не нужно было так рьяно прессинговать. Молодые были, неопытные. Шашки наголо – и полетели! Возможно, в каких-то моментах Олег Васильевич недоработал как главный тренер. Да и «товарняк» с «Дерби Каунти» не нужен был.

— Зачем же играли?
— Повелись на то, что англичане предложили бесплатный перелёт – к ним, а потом в Норвегию. Сэкономить решили, будучи уверенными, что «Мольде» обыграем в любом состоянии. Изначально планировалось, что основные исполнители с «Дерби» сыграют по тайму, а отбегали полный матч. Закончили 0:0, все довольны. Британцы, кстати, в шоке были, узнав, какие у нас зарплаты. В ЦСКА вся команда получала столько, сколько в «Дерби» один средний игрок.

— Разве в ЦСКА тогда платили совсем копейки?
— От трёх до пяти тысяч долларов. Я получал пять.

— После поражения от «Мольде» руководство сурово наказало команду. Суммы штрафов, как рассказывал Новосадов, были космическими: у него 54 тысячи долларов, у Семака – 44.
— Не знаю, как начальство считало, но суммы разнились. Я «попал» на 30 тысяч долларов. Семак тогда психанул: «Отказываюсь от повязки, не буду выводить команду». Долматов сказал: «Варламов, тогда ты выводи».

— А вы почему согласились?
— Семак, отказываясь, посчитал, что это – выход. У меня было другое мнение. Я откажусь – выведет другой. Играть-то всё равно нужно было.

 

1570099927576000361.jpg

 

 

— Не обиделся Семак?
— Не думаю. У нас никогда не было очень уж близких, дружеских отношений. Но уважали друг друга. И уважаем.

— Как приходили в себя после фиаско в Норвегии?
— Собрались у кого-то в номере. Выпили, что уж скрывать. Обсудили, что мы натворили. За это нас потом оштрафовали.

— За это тоже?
— Всё в одну копилку пошло. Когда при выселении из отеля на ресепшене расплачивались, Долматов усмехнулся: «Что, мини-бар пошелестили?» Пришлось сознаться. Васильич пообещал: «Я вам это вспомню».
 

— По версии Новосадова, после штрафа актив ЦСКА поставил тренеру ультиматум: «На «Спартак» не выйдем». У вас же следом дерби было, в котором вы сгорели с таким же счетом – 0:4.
— У меня те дни как в тумане. Настолько ошарашен был. Только что были «молодцами» — и вдруг, после одного поражения, стали говном… Ладно, не хочу вспоминать. Запомнилась другая история. Тоже перед дерби со «Спартаком», но в 2000-м году, в Кубке. Дела у ЦСКА шли неважно, и перед матчем Вовку Кулика и ещё двух парней (Хомуху и Шишкина. – Прим. «Чемпионата») отправили в дубль – с формулировкой «снижение требований к себе». За два дня до «Спартака» на базу приехал Степанов, президент клуба. Собрал несколько ведущих игроков, спросил: «Что творится?» Мужик он чёткий, простой, но правильный. Стали убеждать его, что с молодыми пацанами, которых тогда резко запустили в состав вместо ветеранов, «Спартак» не обыграть: «Нам для этого нужны опытные соратники». Он ответил: «Хорошо, побеждаете «Спартак» — будете играть и дальше. Но если проиграете, ко всем санкции применим». Выиграли!

 

«Хотелось зарыть Левникова прямо на поле»

— Обыграв «Спартак», вы вышли в финал Кубка, но там проиграли «Локомотиву». Судьбу матча во многом предопределило раннее удаление Бокова. Видим, у вас в альбоме есть колоритные фотографии. Вот Боков орёт на Левникова, вот вы…
— Тогда хотелось зарыть его прямо там, на поле (смеётся). Эмоции перехлёстывали. Хорошо, до рукоприкладства дело не дошло. Что до этого снимка, Левников уходил от ответа, а я пытался его к себе развернуть. При встрече три года назад он признался: «Да, я тогда ошибся, удалив Бокова, но в то время это было правильно». По мнению других судей, даже «в то время» это было неправильно. Никакого «фола последней надежды» не было и в помине.

 

 

1570087688762383272.jpg

 

 

— Самый жёсткий судья на вашей памяти?
— Был такой Лом-Али Ибрагимов. Хусаинов интересный тоже – в Челнах нас пару раз казнил.

— В смысле?
— Не дал выиграть. Сознательно.

— Лом-Али считался другом ЦСКА.
— Это, видимо, потому что перед исторической победой ЦСКА над «Спартаком» (4:1) Лом-Али дал карточки Цымбаларю и Титову, и оба пропустили дерби. После матча встретили его за пределами стадиона. Улыбается: «С победой вас». «И вам спасибо», — отвечаем. Но, конечно, дело было не только и не столько в этом.

 

— А в чём?
— Мы видели настрой болельщиков и сами им прониклись. Люди истосковались по победам над «Спартаком», а нам было стыдно болтаться внизу таблицы. Сыграли свою роль и премиальные, и тактика, конечно. Олег Васильевич сказал на установке: «Спартак» привык, что против него все играют вторым номером, а мы сыграем первым номером сразу. Будем давить там, и прессинг на каждом клочке». Этим, видимо, и удивили соперника. Они сразу попали в месиво.

«Родителям про опухоль ничего не говорил»

— Правда, что вы долгое время играли с разорванной крестообразной связкой?
— Швейцарские врачи этому тоже сильно удивились.

— Это разве реально?
— Если сильно закачать переднюю и заднюю мышцы бедра, сустав подтягивается, и на 80 процентов можешь делать всё. Но не на 100. Как раз таки этих 20 процентов мне не хватало, чтобы остаться в сборной, расти, развиваться. Полтора года так играл – уколы, лёд.

— Почему вовремя не прооперировались?
— Может быть, потому что восстановление после мениска – один месяц простоя, а после передних «крестов» — восемь. Не знаю, почему от меня скрыли всю правду, могу только предположить: того уровня, который я показывал травмированным, руководству было достаточно. Вот и решили «крест» не делать.

— Но это же больно?
— Очень. Я не мог выполнить любимую диагональ на 60 метров, сильно ударить по мячу, встать и быстро побежать. Мне хотелось и дальше выступать за национальную сборную, на чемпионаты Европы и мира съездить, за рубежом, может быть, себя попробовать, но играть на максимуме я не мог. Потом в клубе поменялось руководство, врачи, и меня отправили в Швейцарию оперировать пятку. Увидев на столе у хирурга макет коленного сустава, поинтересовался, что это за штуковина. Доктор поставил мне аппарат, проверил мою ногу и огорошил: «А ты знаешь, что у тебя нет передней крестообразной связки?»

— Удивились?
— Спрашиваете! Я же продолжал тренироваться и играть, не подозревая о всей серьёзности своего положения. В Швейцарии мне сделали пятку, а через полтора месяца в Германии зашили «крест».

— Когда выявили опухоль в пятке, всё внутри оборвалось?
— После биопсии в Швейцарии сказали: результат – через 10 дней. Не скрою, жутковато было. Спасала поддержка семьи. Родителям, естественно, ничего не говорил. Только когда выяснилось, что опухоль доброкачественная и операбельная – всем рассказал. Оказалось — была киста пяточной кости. Но киста обычно выпуклая, а у меня она была внутри. Говорят, это не приобретённое, а врождённое.

«Садырин перед смертью сказал: «У тебя есть характер»

— Садырин «сгорел» от онкологии. Помните последнюю встречу с ним?
— Дня за три, за четыре до его смерти человек семь или восемь нас, «армейцев», пришли в больницу к Павлу Фёдоровичу, и он каждому сделал небольшое напутствие.

— Вам что сказал?
— «Пока колени не сотрёшь – играй. У тебя есть характер. А дальше переходи на тренерскую». В ЦСКА тогда многие пацаны с характером были. Пересиливали себя, часто на жилах шли к цели, но никогда через других не перешагивали. Никогда. Только себя не любили – а надо было.

— Как Садырин держался?
— Всегда с улыбкой. Никогда не показывал, как ему больно и тяжело. Мог скривиться, покричать наедине с родными, но при нас не давал повода, чтобы его жалели. Об этом все его знакомые говорили и на похоронах, и позже при встречах.

— Когда в команде поняли, что дело плохо?
— Диагноз вскрылся после того, как в конце 2000-го года он упал на крыльце и сломал шейку бедра. Поначалу масштабов проблемы не осознавали – думали, вылечится, и всё будет хорошо. Переломным моментом в этом смысле, как мне показалось, стала смерть Сережи Перхуна. Садырин очень переживал. На похоронах Серёжки я заметил, что у Пал Фёдорыча даже цвет кожи стал другим, побелел, что ли. И глаза потухли. При команде он держался, бодрился, но мы уже понимали, что скоро уже…

— Спустя годы в Грозном вы встретились с Будуновым – тем самым игроком, с которым было роковое столкновение у Перхуна. Хотя бы раз он заводил разговор о злосчастном моменте?
— Нет. Но, по рассказам друзей, Будун страшно переживал за этот момент, винил себя. Просто он такой человек: бывший борец, никогда не отворачивался – ни от удара кулаком в быту, ни от стыка на поле. Вот и в той ситуации пошёл до конца. Будунов ведь тоже сотрясение получил. По сути, игровой момент, но видите, как вышло.

— Вы же тогда в Махачкалу не летали?
— Не поехал в последний момент. Я был травмирован, но собирался лететь, чтобы морально поддержать ребят. А тут у жены то ли очередные роды, то ли ещё что. Попросила: «Не надо ехать, мне плохо». Тёщи рядом не оказалось, и я позвонил Степанову, гендиректору клуба, отпросился – буквально за несколько часов до вылета.

— Как узнали обо всём?
— По телефону. Когда Серёгу перевезли в Москву, Степанов каждый день его навещал в больнице и нас обнадёживал: «Как живой, спит. Сейчас, потихонечку, потихонечку…». А потом пошли резкие изменения. Поменялся в лице. Были подключены все рычаги. Не спасли…

— Каким он запомнился?
— Серёга? Семьянин. Серьёзный парень, очень трудолюбивый. Всегда на сто процентов отдавался футболу – и в тренировках, и в играх. Никогда не давал себе слабину. Работал как машина, как часы.

 

«Тчуйсе очень шоколадные конфеты любил»

— Почему вы ушли из ЦСКА?
— Газзаев так решил. Одно время из «старой гвардии» оставались только мы с Серёгой Семаком. Я долго восстанавливался, прошёл один сбор, другой, в Израиле сыграл три матча. Первые два провёл достойно, самому нравилось, а в третьем совершил несколько ошибок. Они были естественны. У Газзаева помимо дисциплины было много требований к защитникам: поджать, потом опуститься, накрыть. Все эти действия требовали долгих лет работы. Естественно, все ошибались, и я в том числе. Но ребята были молодые, а я сложившийся, поигравший. И после игры Валерий Георгиевич вызвал к себе и откровенно, по-мужски сказал, за что я ему признателен: «Женя, я не вижу тебя здесь основным игроком, но я не хочу, чтобы ты сидел на лавке, потому что ты очень авторитетный человек и много сделал для клуба». Газзаев предложил поехать в Новороссийск. Я сказал: «Всё понял, поехали». Пожали друг другу руки и распростились. Без обид.

 

— Как игралось в Новороссийске?
— Первый год играл, второй, при Павлове, больше сидел. Своеобразный специалист. С «Кубанью» в 2004-м прошёл сборы – всё здорово, и обстановка, и команда. Но в первой же игре получил серьёзную травму – отрыв приводящей мышцы. Два месяца восстанавливался, поехал в Германию на операцию. Грыжи удалил с двух сторон. А когда вернулся, в клубе многое поменялось, в том числе тренер и спортивный директор. Команду возглавил Ешугов, тоже интересный, экстравагантный специалист… Ешугов счёл меня слишком высокооплачиваемым для «Кубани» игроком, и я поехал в Харьков.

— Вы и Гамулу в Новороссийске застали. Зажигал он там?
— А как же! Игорь Васильевич мог после забитого гола с криком полететь на коленях на поле. А мог эффектно рухнуть на скамейку после пропущенного. Артист больших и малых театров.

 

 

— Вы в двух командах пересекались с обрусевшим камерунцем Тчуйсе. Колоритный тип?
— В Новороссийске общались постольку-поскольку, а в «Тереке» сошлись ближе. На базе в Кисловодске у нас номера рядом были, вместе ходили чай пить. Тчуйсе очень шоколадные конфеты любил. А тренажёрный зал, наоборот, не переносил. Говорил: «Мне туда ходить нельзя».

— Почему?
— У него специфическая фигура: если дать большую нагрузку, тело надувается, как шарик. Ему достаточно было 15 раз отжаться, 10 раз подтянуться, сделать один подход на прессик, спинку – и всё. Когда Тчуйсе раздевался, на нём все мышцы выделялись. Если ещё и маслом перед массажем обмажется – вообще красавчик, атлет! Мы ходили, потели, а он только посмеивался: «Давай-давай». Тчуйсе и без «железа» рельефным парнем был.

А ещё я слышал от него: «Вот закончу играть, поеду домой, куплю гостиницу и буду жить в своё удовольствие. Надоел уже этот футбол».

— Курьёзы в «Тереке» случались?
— Поехали как-то на сдвоенный выезд – в Орёл и Брянск. В первом матче сыграли вничью. После игры подходит начальник команды: «Как же так, Женя?» Я возьми да и скажи: «Ничего, следующий матч выиграем». При том, что в Брянске команда упёртая была. Через два дня на третий я забиваю гол, отдаю передачу, побеждаем. Так этот начальник неделю ко мне приставал: «А почему ты так сказал?» Заподозрил, что первую игру мы сдали, а вторую – купили. «Успокойся уже, — говорю. – Чутьё подсказало».

«От Шевченко пахло рыбьим жиром»

— Чем кроме забитого гола, первого и последнего в сборной, запомнился исторический матч в Киеве в 1998-м?
— Мне показалось, что от Шевченко несло рыбьим жиром.

— Чем?!
— Рыбьим жиром. Говорили, что им мажутся от сглаза. Я этот запах с детства запомнил – блевал от него. Может, форму жиром пропитали, не знаю, но пахло только от Андрея. Запомнилось ещё, как встречали в Киеве…

— И как же?
— На предыгровой разминке мы упали на колени, а с трибун несётся: «Вот так и стойте!» Установка тоже была оригинальная.

— Рассказывали, что Бышовец давал её шёпотом, опасаясь прослушки в отеле.
— Ещё и при шипящем на полную громкость телевизоре! Нас в Новогорске много инструктировали по этой игре, поэтому в Киеве теория была только командная. Мне Анатолий Фёдорович ещё раз про Шевченко напомнил. Я за овальным столом поближе к Бышовцу сидел и всё слышал, а Минько как раз возле телевизора! Выходим из комнаты в коридор, Валера спрашивает: «А где я играю?» Смешно было.

— Бышовец – человек оригинальный.
— Бывало, берёт фломастер и начинает рисовать на флипчарте: ты здесь, ты здесь, играешь сюда, туда. И так 15 минут. Когда белый лист бумаги превращался в чёрный, Фёдорович со своей неповторимой интонацией спрашивал: «Всё понятно?» Фирменные фразочки Бышовца – это вообще классика. Например: «Ребята, утром завтрак. По желанию… но обязательно». И всё время: «Извините», «пожалуйста». Стихи нам читал.

 

 

1570114663391065867.jpg

 

 

— Вау.
— В Бразилии сидим на ужине, за двумя столами. Спрашивает: «Что вам, ребята, рассказать?» И начинает декламировать стихотворение – красиво, с выражением.

«И тут Карпин говорит: «Порвём лягушатников. Не ссыте, пацаны»

— А Романцев каким запомнился?
— Вот его обычно не слышно, не видно было. Тихо ходил, редко с кем заговаривал. Приезжаю как-то в Тарасовку, поднимаюсь по лестнице, Олег Иваныч навстречу. «Здравствуйте». – «Здравствуйте». И вдруг выдаёт: «Ну что, Женя, как расселился?» Я чуть язык от неожиданности не проглотил! Он и фамилию на установке только раз произносил: «Варламов, ты играешь слева», а дальше: «Левый защитник действует так, левый защитник здесь, левый защитник там». Заставлял таким образом слушать. Говорил недолго, но в эти 15 минут вкладывал максимум информации.

— «Спартак» в те годы был явлением всероссийского масштаба. Вам, «армейцу», в сборной открывались какие-то сакральные тайны красно-белых?
— Я всё видел по тренировкам. Допустим, делали «венгерку»: бежишь в паре до определённой точки, перебрасывая мяч друг другу, и возвращаешься на исходную позицию. Так вот, мы ещё до середины дистанции добегали, когда Карпин с Онопко уже заканчивали упражнение – настолько были привычны к этой работе. Когда в подобие гандбола играли, мяч у спартаковцев в руках не задерживался – перекидывали его друг другу, как горячую картошку.

— Вы – участник великой победы той сборной над Францией. Что запомнилось?
— Нам повезло, что у них в домашней игре Зидана не было. В московском матче был момент: Зидан делает два коронных переступа, прокидывает мяч мимо Онопко, пластично оббегает Виктора, а я, вместо того чтобы страховать его, стою и любуюсь действиями француза. Зидан выскакивает на Овчинникова, проходит его на протыке – пенальти. А я думаю: «Блин, какой шедевр сотворил!» Понимал, что ошибся, получил потом нагоняй, но тогда смотрел на него, как мышь на сыр.

 

— Как Романцев на ответку с французами настраивал?
— Накачек не было. Сказал: «У нас есть шанс сотворить чудо и сделать историю». Этого было достаточно. Больше запомнились слова Карпина в жестяной «гармошке» перед полем. Французы по ней лупили, что-то кричали. И тут Валера оборачивается, смотрит на них и громко говорит нам: «Порвём лягушатников. Не ссыте, пацаны!»

 

— Против Исландии вы отдали Карпину голевой пас, а концовку цикла пропустили. Снова травма?
— Да. Поехали на сбор в Израиль, а я не мог уже тренироваться – приводящая мышца бедра болела. У нас как раз в ЦСКА появился такой специалист по физподготовке – Чирва. Мы приседали со штангой, с большими весами, и я сразу дёрнул мышцу. Через два месяца Семак с коленным суставом вылетел. Потом – Макс Боков, Валера Минько… В общем, все посыпались.

— Знаменитый матч против Украины в «Лужниках» где смотрели?
— На стадионе. Ушёл с трибуны за пять минут до конца, при 1:0, будучи уверенным, что едем на Евро. Нужно было казанского друга поскорее на вокзал подбросить. Приезжаю домой, жена и говорит: «А ты знаешь, что 1:1?» Вот тебе раз. Столько людей тогда на таблетках сидело…

«Мы видим, что вы настоящие «кони»

— Знаменитое фото – Минько, Варламов, Боков и Новосадов в чёрных майках Red Blue Warriors – откуда оно?
— Андрей давно с фан-активом дружил и нас познакомил. После матчей семьями собирались в ресторане, сидели, общались – сейчас так уже не принято. Оказалось – достойные, интересные люди, каждый в своей сфере. Вот они и решили сделать нам такой подарок, провести нечто вроде обряда посвящения. Ребята уточнили: «Это не просто презент. Мы видим, что вы истинные «армейцы», настоящие «кони», поэтому достойны такой футболки».

— Какова судьба вашей?
— До сих пор храню дома. Как-то раз вышел в ней на стадион – в перерыве между таймами конкурс пенальтистов провести. Когда расстегнул куртку, фан-трибуна громыхнула: «Женя Варламов!» У меня в этот миг будто башню сорвало…

 

 

1570089364312012776.jpg

 

ЧЕМПИОНАТ

 

Олег ЛЫСЕНКО

Денис ЦЕЛЫХ

 

 



 


  • 1

#326 tehnolog

tehnolog

    МС

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPip
  • 2999 сообщений

Отправлено 18 October 2019 - 04:24

В 2001-м после 12 туров тоже лидировали сразу 5 команд: «Крылья» и «Сокол» шли выше «Спартака»

Но сдулись к середине сезона.

ruebd1d9bdfee.jpg

Прошла почти половина РПЛ-2019/20, а у нас все еще пять лидеров. Похожая ситуация была в 2001 году – после 12 туров у «Крыльев» и «Сокола» было по 23 очка, у «Торпедо» и «Спартака» – 22, у «Локо» – 21.

В итоге ни «Крылья», ни «Сокол» с темпом не справились: самарцы стали пятыми и отстали от чемпиона на 11 очков, а саратовцы вообще свалились в середину таблицы – восьмое место, 19-очковое отставание. Но чемпионат сохранял интригу до последнего тура и без агрессии андердогов. Например, «Локомотив» и «Зенит» только на 92-й минуте 30-го тура решили, кто сыграет в Лиге чемпионов.

Последнее чемпионство «Спартака», появление Гинера в ЦСКА, первый сезон Аршавина и Кержакова, зарождение супермощного «Локо» – давайте окунемся в чемпионат России, который еще даже не назывался премьер-лигой.

================================================

Часть статьи не потащил, там в основном про Спартак, выбрал то что относится к ЦСКА.

Гинер потратил на трансферы почти 8 миллионов долларов, но потерял двух важных людей – Перхуна и Садырина

ЦСКА тот год начал прошлогодним скучным составом, но появился Евгений Гинер и понеслось: клуб купил больше 10 хороших игроков, на которых потратил около 8 миллионов долларов. Денис Попов, Юрий Лайзанс, Алексей Березуцкий, Спартак Гогниев, Вениамин Мандрыкин, Элвер Рахимич, Предраг Ранджелович, Андрей Соломатин, Игорь Яновский и другие. 

Но мощь ЦСКА набрал только в 2002-м, а этот сезон запомнился 7-м местом и двумя важными потерями: ушли из жизни вратарь Сергей Перхун и тренер Павел Садырин. 

Бывший селекционер ЦСКА Степан Крисевич рассказывал, как привез Перхуна из «Шерифа»: «Большинство молодых ребят, которые появились в клубе с приходом Гинера, пришли через мои переговоры. Например, Перхун принадлежал «Шерифу», но целый год не играл и жил в Днепропетровске. Я выкупил его трансфер у молдавских бандитов за сто десять тысяч долларов и привез Серегу в Москву, а потом вернулся на Украину, чтобы сделать ему загранпаспорт».

23-летний Перхун запомнился прежде всего самоотверженной игрой: он не боялся идти в стыки и смело бросался прямо головой в ноги. Точно так же он не остановился, пытаясь опередить Будуна Будунова. К сожалению, закончилось трагически. 

В конце года умер и Павел Садырин. Несмотря на болезнь, он до последнего тренировал команду и посещал пресс-конференции.

Состав «Торпедо-ЗИЛ» – весь из легенд: Березуцкий, Дедура, Широков. Тогда Роман и загулял на 2 месяца

Вряд ли команда с 14-го места заслуживает внимания, но вы только посмотрите, кто играл за «Торпедо-ЗИЛ»! Здесь начинали Березуцкие, а Василий провел целый сезон в 2001 году.

Они даже сыграли друг против друга в матче «Торпедо-ЗИЛ» – «Черноморец» (2:0) – это был первый случай в истории российского футбола, когда друг против друга вышли братья-близнецы. После игры Василий сказал, что «Черноморец» – так себе команда, а Алексей заявил, что во всем виновато поле и торпедовцам больше повезло.

Вы точно помните Игнаса Дедуру, который вместе с Неманьей Видичем составлял одну из лучших связок центральных защитников в нашем футболе. Оказывается, он приехал в Россию раньше и поиграл за «Торпедо-ЗИЛ» в 2001-м. На Восточной улице он провел 10 матчей, а его главное воспоминание такое: «Главным тренером Кучеревский работал, а в клубе царили беспорядок и бедность».

Но все же главный герой того состава – Роман Широков. За «ЗИЛ» он провел только один матч (вышел на замену под разгром от «Локо» – 4:0)», а все остальное рассказал в исповеди «Спорт-Экспрессу».

rue8577289a37.jpg

«ЦСКА отдал меня в аренду «Торпедо-ЗИЛ», а ко мне после первого матча нагрянул друг. И все, выпали мы из жизни на два месяца. Сначала поехали к знакомому на дачу. Тренировку пропустил, а на следующий день команда должна была уезжать в Питер. Играть с «Зенитом». Я же вместо Питера махнул на речку – шашлыки жарить. Весь день из клуба названивали, но трубку не снимал. А придумывать-то что-то надо...

Решил наложить на ногу гипс, организовать медицинскую справку и привезти ее в клуб. Гипс-то мы смастерили, а о справке забыли. Позже договорились, что сделают. Да сил не было в больницу ехать, справку эту забирать. Впрочем, она и не понадобилась – из клуба больше никто не звонил. А я месяц всюду за собой волочил этот гипс, все вокруг думали, что с переломом.

Как можно два месяца пить, не выходя из квартиры? А как алкоголики пьют? Но мы выходили, весело было! Народ приходил и уходил. С утра ехали на пляж, сидели там под пивко. Вечером возвращались домой. Уже прохладнее, можно на крепкие напитки переходить. Девятая «Балтика» хорошо шла. Но мы не просто пили. Играли в карты, в «буру» или «бур козла» – на водку. Если получаешь два очка за проигрыш, выпиваешь стопку. Четыре – две. За полчаса успеваешь набраться. Если плохо будешь играть. У меня, слава богу, такого не случалось. 

Кстати, офис «Торпедо-ЗИЛ» находился на Автозаводской, а я зависал на Кожуховской. В двух шагах. Месяц там зажигал, потом приелась столица. Душно. Да и устал ночевать черти где. Уехал в Дедовск».


  • 1

#327 DED49

DED49

    Я не знаю, какой я друг, но враг я хороший.

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 19969 сообщений

Отправлено 10 December 2019 - 10:20

101 год назад родился Анатолий Тарасов

 

10.12.2019

 

Tarasov-i-Tretyak.jpeg

 

10 декабря 1918 года родился Анатолий Тарасов, тренер, «отец русского хоккея».

 

Выдающийся российский хоккеист и тренер, а также один из основателей российской школы хоккея. Чемпион СССР в 1948-50 гг. Заслуженный мастер спорта. Заслуженный тренер СССР.

 

В 1937 году Анатолий Тарасов поступил учится в Высшую школу тренеров при Московском институте физкультуры. Большой практический опыт ведения игры был пополнен так необходимыми ему теоретическими знаниями, которыми старался оперировать в жизни. Спортивные руководители обратили внимание на талантливого энергичного игрока, который обладал явными организаторскими способностями и хорошо зарекомендовал себя в качестве тренера.

 

В 1945 году был рекомендован легендарным армейским футбольным тренером В. Аркадьевым в наставники в спортивный клуб Военно-воздушных сил Московского военного округа (ВВС МВО). Так Анатолий Тарасов стал тренером армейских команд одновременно и по хоккею с шайбой, и по футболу. Выбор руководства полностью оправдался: Анатолий Тарасов вывел команду в число несомненных лидеров.

 

Спустя два года, в 1947 году, его назначили играющим тренером хоккейной команды Центрального дома Красной армии (ЦДКА).

 

Впоследствии ЦДКА был переименован в ЦДСА (Центральный дом Советской армии), а позднее в ЦСКА (Центральный спортивный клуб армии).

 

За это время Анатолий Тарасов становился чемпионом СССР три раза (1948-1950 гг.). Кроме того, в 1949 году ему присвоили звание заслуженного мастера спорта СССР. Таким образом, он на ледяном поле на личном примере показывал своим подчиненным, как надо играть в эту мужественную и непростую игру. Всего же за свою долгую спортивную карьеру он выиграл в чемпионатах СССР 100 матчей, забив в них 106 шайб.

 

Хоккейной командой ЦСКА Анатолий Тарасов бессменно руководил почти три десятилетия (вплоть до 1974 года).Обладавший мощным интеллектом и будучи по характеру максималистом, Тарасов настойчиво и страстно стремился вывести вверенные ему команды в чемпионы.

 

Под его талантливым и мудрым руководством хоккейная команда ЦСКА становилась золотым призером чемпионата СССР 18 раз (в 1948-50, 1955, 1956, 1958-1960, 1963-1966, 1968, 1970-1973 гг.)

 

В 1957 году Анатолию Тарасову было присвоено звание заслуженного тренера СССР, а в 1958 году на его плечи легла еще одна ноша — тяжелая и ответственная, но почетная. С этого времени он четырнадцать лет был тренером сборной СССР (в 1958-60 и 1962-1972 гг.). И здесь он тоже добился потрясающих результатов. Под его руководством команда СССР девять раз побеждала на чемпионатах мира (1963-1971 гг.) и трижды становилась чемпионом Олимпийских игр (1964, 1968, 1962 гг.).

 

Тарасов воспитал несколько десятков неоднократных чемпионов мира и Олимпийских игр. В их число входят такие легендарные хоккеисты как Валерий Харламов, Анатолий Фирсов, Борис Михайлов, Владислав Третьяк, Александр Рагулин, Виктор Кузькин, Альметов, Локтев, Борис Александров, Владимир Петров.

 

Прославленный хоккейный тренер защитил в свое время диссертацию и стал кондидатом педагогических наук. Хочется отметить, что Анатолий Тарасов так много сделал для становления и развития отечественной хоккейной школы, что его труд до сих пор с глубоким уважением вспоминается не только его непосредственными учениками, но и всеми российскими хоккеистами.

 

Анатолий Тарасов внес большой вклад и в мировой хоккей. Его опыт и спортивное мастерство нашли отражение в опубликованных им книгах — «Тактика хоккея» (1963) и «Хоккей грядущего» (1971).

 

Кроме того, Анатолий Тарасов много сделал для популяризации хоккея в нашей стране. Так например, он продолжительное время был председателем детского хоккейного клуба «Золотая Шайба», в недрах которого многие прославленные хоккеисты получили первоначальную закалку и немалую долю спортивного мастерства.

 

Анатолий Владимирович Тарасов скончался в Москве 23 июня 1995 года.

 

Достижения

 

Заслуженный мастер спорта СССР (1949).
Заслуженный тренер СССР (1956, звание снимали в 1969, но в том же году вернули).
Кандидат педагогических наук.
Согласно «Британской энциклопедии», Тарасов — «отец русского хоккея», сделавший СССР «доминирующей силой в международных соревнованиях». Совместно с Аркадием Чернышевым установил непревзойдённый рекорд — в течение 9 лет подряд (1963-1971) сборная СССР по хоккею под их руководством становилась чемпионом во всех международных турнирах.

 

На посту старшего тренера ЦСКА выиграл звания:

 

Чемпиона СССР (1948-1950, 1955-1956, 1958-1960, 1963-1966, 1968, 1970-1973).
Второго призёра чемпионатов СССР (1952-1954, 1957, 1967, 1969, 1974).
Третьего призёра чемпионата СССР (1962).
Обладателя Кубка СССР (1954-1956, 1966-1969, 1973);
Финалиста розыгрыша Кубка СССР (1953).

 

Под руководством Тарасова как старшего тренера сборная СССР становилась:

 

Третьим призёром ЗОИ (1960).
Вторым призёром ЧМ (1958, 1959).
Чемпионом Европы (1958-1960).

 

В качестве второго тренера сборной СССР А. В. Тарасов привел сборную команду СССР по хоккею с шайбой к званию чемпиона:

 

Зимних Олимпийских игр (1964, 1968, 1972).
Чемпионатов мира по хоккею с шайбой (1963-1971).
Чемпионатов Европы по хоккею (1963-1970).

 

Основал юношеский турнир «Золотая шайба».
Введен в Зал хоккейной славы в Торонто (1974).
В числе первых введен в Зал хоккейной славы Международной федерации хоккея (1997).
Лауреат международной премии Уэйна Гретцки.
Именем Тарасова назван один из дивизионов Континентальной хоккейной лиги.
Имя «Анатолий Тарасов» носит буксир Северного флота ВМФ России.
Автор книги «Хоккей. Родоначальники и новички», изданной в России посмертно в 2015 году.
Награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени (1957, 1972), орденом Красной Звезды, двумя орденами «Знак Почёта» (1965, 1968) и медалью «За боевые заслуги».

 

Источник: КХЛ

:) 

Анатолий Владимирович величайший хоккейный специалист мирового хоккея! Его уважали и продолжают уважать все мировые хоккейные специалисты.


  • 2


Количество пользователей, читающих эту тему: 2

0 пользователей, 2 гостей, 0 скрытых пользователей